Душа в обход не ходит



Скачать 162.78 Kb.
Дата30.07.2018
Размер162.78 Kb.
ТипОтчет
    Навигация по данной странице:
  • Эпилог

Душа в обход не ходит

Пожалуй, каждый автор должен отдавать себе отчет: сколь долго и прилежно ни сиди над рукописью, всего не охватишь, всех на чистую воду не выведешь, интере­сы каждого из читателей не удовлетворишь. А чувство меры — требование не только этики и эстетики, но и полиграфического производства. Все содержание, как, впрочем, и форма предыдущих глав, есть плод уединен­ных размышлений автора. Но, как говорится, одна голо­ва - хорошо, а две — лучше.

За семь лет, прошедших после появления первой кни­ги, у меня собралось уже несколько пухлых папок газет­ных публикаций. В основном это интервью и беседы, то есть в определенном смысле сотворчество собеседников. И неважно, что в одном случае я интересовал интер­вьюеров как депутат Государственной думы от города Тулы, в другом — как заместитель председателя Коми­тета по обороне ГД РФ, в третьем — как ветеран спец­служб, а в четвертом — как консультант по вопросам Семьи и брака в ее работе. Сразу оговорюсь, что имею в виду труды именно журналистов, а не далеких от сути этой профессии суетливых и универсальных специалис­тов по продажам из определенных средств массовой ин­формации. Именно честные профессионалы сосредото­чивали внимание на лакунах — фактах, событиях, людях, которые по тем или иным причинам не нашли дос­таточного отражения в главах моей книги. И тем самым способствовали созданию более цельной и ясной карти­ны событий.

Учитывая их вклад и сохраняя благодарность к ним, я и решил не вкрапливать отдельные эпизоды, мнения и комментарии, содержащиеся в материалах периодики, в основное хронологическое русло книги, а представить некоторые из них пусть в сокращенном, но первоздан­ном виде. Вместе с указанием даты, названия издания и места его выхода это создает дополнительное ощущение внезапно обретенного нашей страной второго дыхания на затянувшейся дистанции реформ.

Казанская газета «Персона» с журналистом Андреем Морозовым возвращает нас в ситуацию весны 1998 года. Отвечаю на его вопрос, мог ли предположить, что все так окажется:

«— Я создал мощную, профессиональную службу бе­зопасности. А что значит создать такую службу? Это же нужно было тщательно подбирать самых лучших специ­алистов. Они поверили в меня. Я был для них как флаг...

Однажды на совещании помощников Президента ста­ли обсуждать, а вернее, осуждать Службу безопасности: «И что это такое, почему служба Коржакова лезет во все дела? Пусть занимается только охраной!» И Сатаров, один из помощников президента, сказал: «Они просто умнее нас. Они делают то, что не сделали мы, — заполняют пустые ниши». У меня была идея взять под контроль нашей службы «Росдрагмет». Это же невероятно, что там творилось, как там воровали. Но от этой идеи пришлось отказаться — работавшие в этом комитете специалисты просто переиграли бы нас.

А сколько меня поливали грязью «Известия» и «МК» после моего письма Черномырдину по нефти! Я написал нормальное, конфиденциальное письмо премьер-мини­стру о том, что происходит, и как руководитель спец­службы имел на это право. Я ему и про алмазы писал, и про изумруды. В своей книге я опубликовал то письмо Черномырдину и знаю, что Шохин, тогда вице-премьер, по данным службы, только за одну сделку по нефти по­лучил 10 миллионов долларов.



  1. Вы делаете утечку информации?

  1. А что толку-то? Вот была утечка о Чубайсе, его «писательских» гонорарах. Он теперь для всех вор и взяточник. И что? «Толик, ты молодец, — говорят, — действуй и даль­ше так. Ты такой же, как мы. Мы с тобой одной крови».

  2. Мне довелось общаться со многими большими политиками — Горбачевым, Зюгановым, Жириновским, Поповым, но никто из них не говорил о власти так, как посмели сказать о ней вы. Для чего нужна была такая откровенность?

— Тебе, Андрей, наверное, повезло, что ты общался с такими людьми... Чтобы попасть во власть, нужно было пройти такой жуткий фильтр! Но я его обошел. Как мож­но было стать первым секретарем обкома партии? Все по ступенечкам — сначала в комсомоле поработать, в первичке, потом в райкоме. А когда человека назначали первым секретарем райкома партии, то автоматически он становился неприкасаемым... Те, кто был у власти тогда, никогда бы так не написали про нее, как я. Я этой властью не пользовался. В ней я был белой вороной, чужаком в той стае. Может, поэтому ко мне хорошо от­носились люди моего круга.

  1. Скажите, контролировал ли Центр в 90—93-м го­дах сепаратистские движения в национальных респуб­ликах?

- То, о чем вы спрашиваете, я отслеживал по газе­там или узнавал что-то из разговоров, но специально этим не занимался. Этим занимался Шахрай, и думаю, что идея «возьмите суверенитета столько, сколько про­глотите» принадлежит ему.

  1. Вы не обсуждали с Борисом Николаевичем эти вопросы?

  2. Нет. Более того, я всегда удивлялся, когда мы бы­вали у вас в республике. Постоянно у вас какие-то вол­нения, сидячие забастовки, ТОЦ этот ваш... Но когда мы приезжали, на приемах, которые устраивал Минтимер Шаймиев, было такое славословие в адрес Бориса Николаевича...

  3. Какое влияние имели лидеры национальных рес­публик на Ельцина?

  4. Больше, чем губернаторы. Я могу вам назвать гу­бернаторов, с которыми Ельцин ни разу не встречался. Президенты же национальных республик принимались неоднократно.

  5. Вам не обидно, когда вас называют телохраните­лем?

  6. Когда телохранителем — нет. А вот когда охранни­ком, такая ассоциация возникает: ты стоишь у ворот, обязательно с берданкой и в тулупе. Вот, говорят, Коржаков — охранник, полез в депутаты, у него амбиции. А Ельцин в свое время был и маляром, и столяром, и штукатуром. Чубайс вообще в Ленинграде на рынке цветами торговал, там он изучал азы рыночной экономики. А чем охрана высших государственных лиц хуже торговли цве­тами?

  7. Вы очень много написали и о команде президента. Складывается впечатление, что страной управляли по­луграмотные инженеры.

—Они пришли на демократической волне. Кто гром­че кричал, тот и должности получал. Все началось с борьбы с привилегиями. Года четыре вообще об этом молчат. Все стали рваться к этим привилегиям, всем это понравилось, всем этого захотелось. Есть хорошая поговорка — из грязи в князи. Чубайс такой бескорыст­ный, в «хрущевке» живет. Да вранье все это! У него прекрасная квартира в том же доме, где живет Шумей­ко. Все у них так же, как и раньше, такие же дачи, клячи...

  1. И что, все такие?

  1. Нет, не все. В правительстве есть порядочные люди, которые не воровали. Но я не могу их назвать, потому что после того, как Коржаков похвалит кого-нибудь, у человека начинаются неприятности... Мне было поруче­но навести порядок и в правительстве, и в Администра­ции Президента. Вы можете представить себе, что в ад­министрации работало семьдесят человек, даже не удо­сужившихся заполнить анкету при поступлении. Я всех заставил заполнить, не смог только двух — Илюшина и Филатова. Там же надо было писать биографии, а зна­чит, указывать данные о родителях, в том числе и о ма­терях. А оттуда всплывает «самая популярная» у нас в стране национальность... Я не антисемит, но представьте себе ситуацию, когда президент России — русский, а жена — татарка, глава администрации — татарин, основная часть министров — тоже, банкиров — тоже, все электронные СМИ у них же... Я поневоле стану антитатарином. В таких вещах, как государственное управление, должно быть разумное соотношение.

  1. Это отсюда ваша нелюбовь к Березовскому и Гу­синскому?

  2. С Гусинским я вообще не знаком. Всю нелюбовь к нему мне привил Березовский. С Березовским меня по­знакомил Юмашев, потом я узнал, что Юмашев такой же национальности.

  3. Скажите, насколько страшна для России фигура Березовского или его просто демонизируют некоторые средства массовой информации?

  1. Для меня он обычный шулер, проходимец.

  2. Но ведь у него же большие деньги.

  3. У него больше «дутых» денег. Он великолепный манипулятор. Он может прийти в приемную Татьяны Дьяченко и позвонить разным нужным людям: «Вот я сейчас иду к Татьяне. Она меня вызывала». Люди потом проверяют и точно — Березовский был в приемной. Это чистый Остап Бендер.

  4. Что, кроме коррупции, угрожает сегодня Рос­сии?

  5. Предательство ее интересов. Начиная с прези­дента...

  6. Политологи называют вас не иначе как полити­ческим трупом и пророчат вам политическую смерть. А вы пошли в политику, стали депутатом. Вы верите в свое
    будущее?

  7. Во Франкфурте-на-Майне есть политический са­лон, куда приглашают лучших политиков Германии. Я был вторым иностранцем, которого пригласили высту­пить там с лекцией. Первый был Константинеску, став­ший потом президентом Румынии. На моем выступле­нии присутствовали руководители крупнейших банков и фирм, министры, бывший начальник службы безопас­ности Германии и нынешний, специально приехавший познакомиться. После моего выступления присутство­вавшие стучали руками по столам, у немцев это признак самого большого одобрения.




  1. А почему в российской прессе практически нет ваших интервью?

  2. Я очень много даю интервью, но их просто не пуб­ликуют. Недавно по ОРТ показали фрагмент, и то только потому, что Березовский уехал в Швейцарию лечить свой «четвертый» позвонок и канал временно остался без его контроля». Все так и было, К тому времени уже отгремели бра­вурные лозунги о средствах массовой информации, как «четвертой власти». Стало ясно, что владеет миром не тот, кто владеет информацией, а тот, кто владеет теми, кто владеет информацией. Корреспонденты отечествен­ных СМИ с завидной настойчивостью брали у меня ин­тервью и со столь же завидной последовательностью их не печатали или не выдавали в эфир. Мнение депутата Государственной думы от Тулы легче было найти в зару­бежных изданиях. Более чем за год до реального собы­тия издающийся в США еженедельник «Новое русское слово» (30.09.1998) вышел под «шапкой» — «Александр Коржаков: "Ельцин должен уйти. Попросить у своего народа прошения за то, что все эти годы водил его за нос, — и уйти. Сам"». ( Кстати, когда, наконец, это дей­ствительно случилось, был зафиксирован последний, пусть и буквально минутный, подъем его рейтинга.) При­веду фрагменты из той большой публикации:

«На самом деле в нашей стране президента не выби­рают, а возводят на трон. И возводят те, у кого толще бумажник. Я-то знаю. Выборы 1996 года надо было про­водить не под лозунгом «Голосуй или проиграешь!», а под лозунгом «Нарушай или проиграешь!». Лично знаю губернаторов, которые «подарили» Ельцину по триста и более тысяч голосов.

  1. Губернаторы за это что-то получили?

  2. Тогда они, наивные, не знали, что память на доб­рые дела у Президента Ельцина — наиболее слабое мес­то. Забыл он не только тех, кто помог ему прийти в оче­редной раз к власти, но и тех, ради кого он якобы за эту власть боролся. Говорю о простом народе. Собственно, эти видят уже все. И не только в России. Поэтому говорил и заявляю сейчас: любой, кто сменит сейчас Ельци­на будет для страны лучше. Главное, чтобы этот человек был работоспособен и умел отвечать за слова и законы, которые сам подписывает.

- Вот сейчас говорят о Беловежских соглашениях. По­чему Ельцин их подписал, понятно: в обмен на реаль­ную власть. Но забыли, что почву для этого подготовил Горбачев. Ответил он за это? Нет! Более того, огромные деньги которые Германия заплатила за вывод советских войск осели в фонде миротворца. Хотя предназначались «я строительства жилья офицерам, их социального обустройства. Где эти квартиры? А Горбачев живет хорошо, пиццу рекламирует на досуге, по миру катается.

- Сейчас наш Президент напоминает мне позднего Брежнева. Такая же страсть к подаркам. Такое же неже­лание знать правду о реальной жизни страны. Начал, например, раздавать зарубежным президентам орден «За заслуги перед Отечеством» 1-й степени.

Во-первых, этот орден стоит не меньше, чем орден Победы а во-вторых, имеет свой статут и должен нахо­дится внутри России в единственном экземпляре. Какие заслуги у иностранцев перед нашим Отечеством? Скорее, он сейчас уже не отдает отчета в собствен­ных поступках. Этим кое-кто и пользуется, включая и членов Семьи.

Аэрофлот получил неимоверные льготы! Потому что хозяин Аэрофлота Валерий Окулов - зять Президента. Между прочим, Аэрофлот - национальное достояние, не меньшее, чем сам Кремль. Его много лет создавала страна на народные деньги. Нет, отдали в управление зятю и Семье.

- Как вы считаете, недавнее назначение Черномыр­дина и.о. премьера - игра окружения Президента в своих интересах или игра самого Виктора Степановича в интересах личных?

— Конечно, это игра. Как окружения, а точнее, «казначея» Семьи Березовского, так и самого бывшего пре­мьера. Ведь ключи от недр страны и ее финансы в ко­нечном итоге собраны в Белом доме. Хочу сказать, что Черномырдин давно находится в плену иллюзий и жела­ний своего окружения. Наверное, к этой комбинации сильно приложил руку Березовский.



  1. Что, Березовский очень щедрый господин?

  1. Платить любит, но не своими деньгами. Он, как бы это точнее сказать, «понтярщик». Борис Абрамович пугает других «кошельков» своими связями с Президентом и заставляет их платить. Таким способом Татьяне Дьяченко дворец в Ницце купили за 25 миллионов фран­ков. На последнем дне рождения будущие соискатели «монаршей» милости подарили ей много платиновых часов. Все взяла. Что делать — привычка уже такая в Семье.

Кстати, и информацию о ее вилле в Альпах никто из членов Семьи не опроверг.

  1. Александр Васильевич, в свое время вы рекомен­довали своего заместителя Валерия Стрелецкого началь­ником отдела «П» — в Белый дом для борьбы с корруп­цией в правительстве. Знал ли об этой коррупции Пре­зидент?

— Президент все знал. Я лично ему докладывал о каждом факте коррупции в окружении Черномырдина. Как смог начальник его секретариата Петелин обзавес­тись миллионами долларов в заграничных банках; конк­ретно в каких, мы даже президенту не сообщили. Боя­лись утечки. Ведь когда стали расследовать дело о пре­словутой коробке с 538 тысячами долларов, то вышли на другие, более серьезные суммы. В Генеральную прокуратуру мы передали тогда оригиналы платежных поруче­ний, по которым из России в США, на Канары, на Кипр, в Прибалтику были перечислены чиновниками и члена­ми предвыборного штаба Ельцина сотни миллионов дол­ларов. Выяснили, что Вавилов и Федоров взяли в Сбер­банке в обмен на старые акции банка «Национальный кредит» ценные бумаги на сумму 120 млн долларов под 20 процентов годовых. Потом эти ценные бумаги раство­рились за рубежом среди своих.

Все Президент знал. Потому и избавился от нас. По­тому и Службу своей же безопасности разогнал, потому что Служба много знала. Президент у нас не столько главный гарант Конституции, сколько коррупции.



  1. Если оценить по стопроцентной шкале коррумпи­рованность нынешнего руководства страны, на сколько процентов она окажется выше или ниже отметки?

  2. Выше на 300 процентов. Ведь каждое правитель­ство заселялось в Белый дом, будучи нищими завлаба­ми, а выезжало оттуда уже в собственные особняки. Стра­на у нас богатая. Вот и сейчас мы кормим двух отстав­ных и.о. вице-премьера, самого и.о. премьера, отставного
    премьера Кириенко и т.д. А за какую работу они получа­ют зарплату? За то, что выписали нам в Россию арген­тинского экономиста?.. А страной правят сейчас губерна­торы. Кто хуже, кто лучше, но все понимают, что от нынешнего федерального центра помощи уже не дождать­ся, а регионы чем-то надо кормить. Настоящие олигархи те, кто имеет настоящую власть и авторитет в регионах и в кого люди верят.

  3. Ваша точка зрения на отставку Черномырдина и назначение Кириенко. Это была спланированная акция или эмоции президента?

  4. Конечно, это была продуманная комбинация. На­верное, тот редкий случай, за которым не стоял Березовский. Схема следующая. Губернатор Немцов держал день­ги своей губернии - в банке Кириенко, где они и крои­лись. Затем Немцова позвали служить в Москву, и он стал курировать ТЭК. Чуть погодя в правительстве по­явился Кириенко — никому не известный, малозамет­ный замминистра топлива и энергетики. Немцову недо­суг было заниматься ТЭКом. То организовывал похоро­ны царских останков, то с Климентьевым в'суде бранился: давал тот ему взятки или не давал, то начал на «Волги» всех пересаживать.

Поэтому всем ТЭКом стал заниматься Кириенко. И тут, очень для него кстати, у одного из друзей младшего зятя Ельцина, работавшего у американского бизнесмена по нефти, — Виктора Хроленко не заладились дела. Он обратился за помощью к Кириенко. Сергей Владилено­вич помог. Это очень понравилось и Тане Дьяченко, так как это был друг ее мужа Леонида. Так о Кириенко узна­ла Семья. И через некоторое время решили сделать из него премьера. Тем более что Кириенко никакой реаль­ной поддержки, кроме президента и Семьи, в Москве не имел, а значит — не конкурент на трон. Плейбой Нем­цов не в счет.

Позже Березовский тоже захотел поиграть в эту игру и что-нибудь на этом поиметь. Но Кириенко оказался не так прост и объяснил ему, что к должности премьера его привели другие люди и Борису Абрамовичу диви­дендов тут не будет. Березовский обиделся и стал ждать момента. Он скоро настал.

Когда говорят, что Ельцин — отменный политичес­кий гроссмейстер, мне смешно. Он умеет играть только пешками. Его любимый ход е2-е4. Все. А дальше он любой ценой, в том числе и «доской по голове», старает­ся провести политическую пешку в ферзи. Как видим, это иногда удается.

- Верите ли вы, что Президент сможет добровольно в отставку? Ваше видение дальнейшей ситуации?


- Если таковая отставка и состоится, то будет лишь обставлена как «добровольная».

Николай Второй тоже покидал престол якобы по доб­рой воле. Как было на самом деле — все знают. Так и сейчас. Если, не дай бог, замордованный нынешним ре­жимом народ, которому нечего будет есть, выйдет к Крем­лю, Ельцин отречется от всего, чего угодно. Только до такого варианта доводить страну никак нельзя. Я — че­ловек военный и знаю, какой кровью это может быть залито. Не дай бог! Поэтому считаю, что Президент должен уйти. Попро­сить у своего народа прошения за то, что все эти годы водил его за нос, — и уйти. Сам. Вот такой прогноз.



  1. Как вы считаете, что сегодня удерживает Ельцина от такого поступка: наркотическое обладание властью? Незнание реальной обстановки в стране? Обычное уп­рямство? Боязнь ответственности за свое правление?

  2. На все четыре составляющие этого вопроса отве­чаю: «Да!» А еще больше ответственности за этот хаос боится его ближайшее окружение, чьим горячим участи­ем он создавался и продолжается до сих пор.

  3. И последний вопрос. Верите ли вы, что люди, при­ведшие страну к нынешнему краху, когда-либо понесут за это наказание?

  4. Не только верю, но и приложу все свои усилия для этого. Собственно, этим я сейчас и занимаюсь. Как де­путат и гражданин своей страны».

В 1999 году я получил неожиданное, но, не скрою, любопытное предложение от своего друга Александра Абдулова — сняться в его художественном фильме «Бременские музыканты» в роли начальника службы безо­пасности Короля. Отказать ему я не смог. Так оказался на «Ленфильме», так появилась беседа в газете «МК в Питере» под заголовком «Кремлевский мечтатель», хотя уж чего-чего, а мечтать во время моей работы в Кремле было некогда. Разве только о доме и своей семье. Вот отрывок нашего июльского разговора с питерским обо­зревателем Владимиром Кожемякиным: «— Вы верующий?

  1. Я уважаю людей, которые глубоко веруют, веруют ли они в Христа или Иегову. Вера — внутреннее состоя­ние души. Я, может, тоже где-то в глубине души верю, но все-таки отец был коммунистом и в семье не были приняты церковные обряды. Что ж мне теперь, под полтинник, начинать учить молитвы? Наверное, нет смыс­ла. Однажды я спросил у настоятеля храма: обязательно ли соблюдать все посты, церковные каноны, молиться,
    войдя в храм? Как это связано с душой? Я понимаю, что могу перекреститься, но если при этом не перекрещусь внутренне — это будет ничто... Настоятель сказал: «Не думай об этом. Если живешь по совести, значит, живешь по религии. Можно просто прийти в церковь, снять го­ловной убор, побыть там, постоять, подумать о прошлом, настоящем, будущем. И идти спокойно. Если пожертву­ешь на храм, поставишь свечку — еще лучше». Я думаю, что это правильно. Раз мне с детства с молоком матери этого не впитали — как же я буду твердить: «Иже еси...что-то там на небеси...»? Не учил я никогда этих слов. Я уж лучше расскажу, конечно не в церкви, стихи Пушки­на, которые меня заставляли учить в школе, и поэтому помню их наизусть.

  2. Абдулов недавно вспоминал Бориса Николаевича Ельцина, который «встал в два часа ночи, взял, на трезвую голову, с полки томик Пушкина, и ничего, понра­вилось...».

  1. Боюсь, что у Ельцина было такое состояние, о кото­ром рассказывал Володя Винокур, а я был свидетелем. На одном дне рождения Борису Николаевичу подарили книгу
    «Вечный зов». Ельцин открыл ее, а внутри вместо стра­ниц — спиртное. Видимость книги, а на самом деле — фляга. Может, у него и «Пушкин» такой же был? Тогда понятно, почему Президент так одобрительно отозвался о Пушкине.
    Наверно, взял «книгу» в руки, а сам подумал: «Да, в первом классе поэзию было осваивать легче!» Он теперь все книги так «читает»: открыл томик, потом закрыл. За всю жизнь не одну библиотеку таких томов «освоил».

  2. В чем вы разочаровались в последнее время?

  3. В друзьях, которым доверял. Оказалось, что неко­торые использовали меня, а я слишком доверялся муж­ской дружбе. Самое тяжелое разочарование — в людях.
    Когда тебя предают».

С обозревателем «Парламентской газеты» Михаилом Смиренским мы встречались и беседовали не раз. Причем по самому широкому кругу вопросов, не ограничиваясь сиюминутным комментарием и не следуя узким коридо­ром, назначенным тем или иным редактором. Впрочем, это уже был новый век, а Борис Николаевич остался в прошлом. Итак, «Парламентская газета» от 13 мая 2000 года.

«— Александр Васильевич, вы уже не только депутат от «оборонного» города, но и заместитель председателя Комитета по обороне. А ВПК — это не только техника, но и люди, которые ее создают, и особенно те, кто с этим оружием в руках воюет. Поэтому не могу не задать вопрос об этих людях, в частности о бойцах Тульской воздушно-десантной дивизии, которые регулярно уча­ствуют в боевых операциях в Чечне.



  1. Не только участвуют, но и гибнут. За что? Или за кого? Уверен: когда гибнет солдат, в этом всегда виновато его начальство. Недавняя очередная трагедия, где погиб­ли 15 тульских десантников (хотя назывались абсолютно разные цифры), — суть повторение прошлых аналогич­ных трагических ошибок. Возможно, некоторые высоко­ поставленные вельможи хотят, чтобы эта война продол­жалась вечно: любая война — это огромные деньги. Тут
    не до чьих-то судеб. И верхом цинизма прозвучала фраза Ястржембского о том, что «наши потери... минимизиро­ваны». Озвучивать войну, конечно же, проще, чем в ней участвовать, особенно сидя в хорошо охраняемом тыло­вом бункере. Впрочем, примеров подобного цинизма мож­но привести много. И в моем округе, к сожалению, тоже.

  2. Вы имеете в виду трагическую судьбу лейтенанта Игоря Сарычева?

  3. История эта действительно трагична. Молодой офицер Тульской десантной дивизии 23 лет от роду доб­ровольцем ушел в Чечню командиром взвода разведки, хотя мог остаться в тылу: у него была сломана рука. В Туле остались жена Кристина и 5-месячный сын. Во время одного из боев группа Сарычева попала в заса­ду. Игорь был тяжело ранен. Тем не менее он на себе поочередно вынес за линию огня двух своих раненых бойцов. Когда начал выносить очередного, его убил че­ченский снайпер. Игорю Сарычеву посмертно присвоили звание Ге­роя России. И вдруг его жена с ребенком внезапно ис­чезли из Тулы. Я стал разбираться и поручил своему помощнику генералу Кожендаеву узнать некоторые подробности. Так его даже на территорию части не пустили. Какой-то подполковник побеседовал с ним на КПП и сказал, что Кристина сама уехала в Рязань к родным. Солгал подполковник. На самом деле, когда отмечали девять дней со дня похорон Игоря, к Кристине заяви­лись представители дивизии и попросту велели ей ос­вободить служебную квартиру... Дескать, у нас действу­ющие офицеры без жилья, надо думать теперь о жи­вых... Просто выгнали. Мне пришлось обращаться и к министру обороны, и Главному военному прокурору, и к командующему ВДВ. Поговорил и с местными, уже рязанскими бизнесменами, чтобы вдове помогли мате­риально. В обшем, добился, чтобы в Рязани ей дали двухкомнатную квартиру.

Недавно в Чечне погиб военнослужащий из г. Донс­кого Тульской области Виталий Боярских. Остались жена Светлана и двое детей. В части, где служил Виталий, со­болезнование выразили своеобразно: Светлане передали распоряжение командования, что в ближайшее время ее и детей выселят из служебной квартиры погибшего мужа. Наверное, посчитали, что отнимать жилье у вдовы и де­тей без предупреждения — негуманно.

Говорят: «Мертвые сраму не имут». Нынешняя рос­сийская действительность, к сожалению, доказывает, что и многие живые — тоже.



  1. Известно, что основной процент ваших избирателей занят на предприятиях оборонного значения, которые сегодня в большинстве своем в Туле, как и в целом по стране, простаивают, не имея заказов и денег. Расскажите подробнее о нынешних проблемах отечественного ВПК.

  2. Раньше наш военно-промышленный комплекс объединялся знаком силы и стабильности. После того как Борис Николаевич, не сильно разбираясь, в какой
    стране он правит, стал еше играть и в «солдатики», ВПК объединил знак беды и разрухи.

В Туле сегодня, в сущности, нет ни одного предпри­ятия, которое можно было бы назвать благополучным. Практически все «лежат». Тысячи людей уволены. Зар­платы мизерные и нерегулярные, о пособиях никто уже и не вспоминает. Я постоянно получаю сотни писем от туляков, сам регулярно отправляю пачки депутатских запросов в различные инстанции, вплоть до судебных исполнителей, с требованиями вернуть долги этим предприятиям, конкретным людям. Очень часто бываю на заводах, знаю директоров — Героев Соцтруда, академи­ков, для которых такое положение вещей, когда голода­ют твои рабочие, крайне унизительно.

  1. Вы непосредственно занимаетесь решением этих вопросов. Наверняка имеете конкретные предложения по стабилизации нашего ВПК. Какие?

  2. Вы знаете, за что «семейка» сняла Евгения Макси­мовича Примакова? Отнюдь не только за то, что он пы­тался отнять ложку у Бориса Абрамовича, которой тот ежесекундно ковырял госкормушку. Немаловажную роль сыграло и то, что премьер Примаков решил серьезно
    заняться проблемами ВПК, начать реально восстанав­ливать мощь страны. В планы Семьи это не входило, так как ВПК — это огромные «живые» деньги, а государ­ственные деньги для Семьи — понятие личное и святое. Приближаться к ним непозволительно даже премьеру. Но делать что-то надо. По подсчетам специалистов, при правильной организации дела оружейный бизнес может приносить ежегодную прибыль до 4 млрд долларов».

Еще одна наша беседа с Михаилом Смиренским была опубликована в газете «Российские вести» 30 октября 2002 года. Она была посвящена случившейся незадолго до этого трагедии на Дубровке, формам и методам борь­бы с терроризмом, наведения порядка и обеспечения безопасности российских граждан:

«— Александр Васильевич, сейчас, особенно после трагедии с заложниками, в обществе снова громко заго­ворили о том, что в России назрел «дефицит власти». Ваше мнение на этот счет?



  1. Абсолютно не согласен. Дефицит — это нехватка чего-то. А уж власти-то в России — хоть отбавляй! И началось это еще при Б.Н. Ельцине после его известно­го призыва брать суверенитета «сколько хотите». Сплош­ной переизбыток: Кремль, правительство, МВД, ФСБ,
    ФАПСИ, Минобороны, налоговые службы, таможня, Счетная палата... Даже Комитет по финансовому мони­торингу изобрели и т.д. и т.п. Каждая структура имеет свой бюджет, четкие сферы деятельности, силовые под­разделения! Да в любой аптеке или поликлинике на вхо­де вас обязательно встретит закамуфлированный до по­тери человеческого облика «околоточный». Россия пе­ренасыщена властью, но, назвав себя когда-то демократической страной, она таковой, увы, не стала Россия, скорее, это страна, потерпевшая демократию. Потому мы имеем не дефицит, а, скорее, вакуум власти.

  2. Этот теракт позволил нам говорить об адресности власти. Но лично я считаю, что силовые структуры, осо­бенно, например, ФСБ, прежде всего должны защищать
    свой народ не беготней в бронежилетах за боевиками по московским переулкам, а в первую очередь — предот­вращением подобных ситуаций. Ваше мнение?

  3. А кто будет предотвращать? К сожалению, нынеш­няя ФСБ и отдаленно не напоминает тот КГБ, где ког­да-то начинал свою службу и я, и, кстати, наш Президент. У нынешних многих и высокопоставленных, и не очень чекистов от «горячего сердца, холодного разума и чистых рук» остались сегодня, наверное, только руки. Да и то не всегда чистые. До сих пор газеты пишут о скандалах с мебельными салонами «Гранд», «Три кита» и т.д.

КГБ за время перестройки и ельцинской неразбери­хи досталось больше всего: сменилось с десяток руково­дителей, даже строитель Бакатин успел выдернуть свой кирпич из фундамента этой структуры. Но ведь в ФСБ было создано уникальное подразделение — Управление по разработке и пресечению деятельности преступных организаций (УРПО). Возглавил его генерал Евгений Хохольков. Они начинали сразу активно и успешно работать, особенно в Чечне. В республике была налажена агентурная сеть, появилась информация, которая тут же обрабатывалась и анализировалась. Иначе говоря, УРПО «держало руку на пульсе». Уверен, если бы это или по­добное подразделение существовало в структуре ФСБ и сейчас, многих трагедий мы бы избежали.

  1. А почему оно перестало существовать? Плохо ра­ботали?

  2. Наоборот, отлично. Этого-то и оказалось доста­точно, чтобы главный в ту пору жулик страны Березовс­кий испугался и сделал все, чтобы УРПО просто разог­нали. Кстати, Березовский уже тогда был плотно связан с чеченскими сепаратистами и делал на этой войне очень приличные деньги, это стало известно в УРПО, после чего и последовала известная провокация с пресс-кон­ференцией «масок-шоу» с участием подручного БАБа
    подполковника Литвиненко, ныне сбежавшего в Англию. Хохолькова абсурдно обвинили в подготовке убийства Березовского, вывели в резерв, затем уволив, а УРПО
    расформировали, ничего не создав взамен. Поэтому я лично и как гражданин, и как политик, и как генерал спецслужбы считаю, что пришло время собирать камни: слишком много их в нас уже бросают. Я убежден, что наступает момент истины, когда Президенту, к которо­му лимит доверия у народа был основан во многом на его принадлежности к спецслужбам, необходимо делать жесткие самостоятельные выводы: непрофессионалы и коррумпированные генералы из его окружения сами по­гоны не снимут — понятие чести в России давно не в почете.

  1. Другими словами говоря, вы призываете Прези­дента проявить политическую волю?

  2. Именно. Без этого мы никуда не продвинемся. Россию и так берут голыми руками. Кто гарантирует, что завтра подобное не повторится в другом городе? Вой­на в Чечне — это давно не война патриотов, это война денежных мешков. Что, Владимир Владимирович этого
    не знает? Знает. Знал, когда еще ФСБ руководил. На­ верное, пора уже ему освободиться от «семейных» уз. Ведь и Таня, и Валя, и Чубайс, который, как правильно сказал Ельцин, «во всем виноват», ему не сторонники, и на Россию им наплевать. А ведь Россия дала Президенту
    абсолютную власть именно для наведения порядка. Кста­ти, и в отношениях с Чечней в первую очередь.

  3. У вас есть какие-то готовые рецепты на этот счет? Вы готовы ответить на вопрос, что делать?

  4. Ну давайте размышлять. Я всегда был против этой войны, лично неоднократно просил Ельцина встретить­ся с Дудаевым. Тот послушался других, тех, кто уже тог­да видел в будущей войне личные дивиденды: Филатова, Савостьянова и т.д.

Чечня тоже не хочет воевать: простой народ устал от бессмысленной бойни, Чечня хочет отделиться от Рос­сии. Ну так давайте искать правовые формы именно здесь. Хватит амбиций на крови! Проведите в Чечне настоящий, честный референдум, оговорите все условия. Отделяйтесь, но тогда, будьте любезны, покиньте Москву, все другие российские города, поезжайте в Республику Ичкерия и стройте свой маленький независимый мир. А всех рус­ских перевезти в Россию, дать им жилье, работу, то есть проявить самую настоящую национальную заботу.

Это размышления не шовиниста, а гражданина Кор­жакова. Мне одинаково жалко и российских, и чеченс­ких матерей, чьи дети по воле неразумных политиков сотнями, тысячами гибнут, сами не зная за что. Тех де­нег, что сгорело и украдено за годы войны, давно хвати­ло бы на постройку и нового Грозного, и нового Аргуна, и нового Шали и т.д. со всеми инфраструктурами, а рос­сийскому бюджету не пришлось бы выгребать в виде сомнительных налогов последние гроши из карманов граждан. Уверяю, при наличии политической воли сам механизм и окончания войны, и дальнейшей нормали­зации отношений нашему государству вполне по силам».

Фрагменты этих газетных публикаций я привел без какой-либо сегодняшней правки, без изменений и ком­ментариев. Конечно, это вовсе не значит, что и сегодня я один к одному, слово в слово повторил бы каждый из своих ответов. Просто как в одну реку нельзя войти дваж­ды, так и под лежачий камень вода не течет. Меняется
время, меняются ракурсы и планы видения того или иного события или проблемы, нередко проявляются детали и взаимосвязи, которые не были доступны первому, разгоряченному взгляду. Позиция, становящаяся дог» мой, никогда не способствует прогрессу, не служит будущему. Разум человека пытливо ищет новые приемлемые решения, вносит определенные коррективы и усовершенствования, даже идет на компромиссы. А вот душа искать обходных путей не должна. Ей кривить непозволительно.

Эпилог


На ситуацию с моей отставкой и последующим вы­ходом книги потрачено много журналистского труда. Оценки были диаметрально противоположными, от воз­вышенных до откровенно хамских, что в общем-то ло­гично, ведь не зря говорят: «сколько людей, столько и мнений». Всего я сегодня и не вспомню, но кое на чем остановлюсь.

В одной газете авторы, анализируя произошедшие события, корили меня тем, что я, дескать, сильно за­рвался и забыл мудрое высказывание генерала Драгомирова: «Адъютант должен разделять заботы и тяготы пол­ководца, но не его положение и заслуги». Что ж, я отлично знаю эту фразу блестящего русского штабиста и хочу ответить: что касается забот и тягот того периода, то я их вынес с лихвой и более. Что же до заслуг самого «полководца», то я бы и рад был их разделить, но сама жизнь доказала: делить-то, увы, нечего. И как ни парадоксально, виной этому оказалось именно его положе­ние, последствия которого сегодня, думаю, ощущают и авторы той статьи!



Ну а закончить я хочу фразой другого человека, в истории знаменитого не менее генерала Драгомирова. Английский ученый Фрэнсис Бэкон как-то заметил: «Ничто не приносит такой популярности, как прошение своих врагов».

Лично я их простил. Согласится ли на это Россия?


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница