Дискуссионный клуб марксизм: утопия и наука



Скачать 210.46 Kb.
Pdf просмотр
страница3/9
Дата06.05.2018
Размер210.46 Kb.
ТипУтопия
1   2   3   4   5   6   7   8   9

Марксова этика насквозь онтологична. Моральный выбор субъекта диктуется не суверенным нравственным законом, а онтологическим императивом максимального следования внутреннему становлению мира как объекта. На онтологичность этики марксизма много света проливает исследование Д. Лукача К онтологии общественного бытия, который полагал, что особенность человеческой природы состоит в преодолении долга как слепой необходимости, делая акцент именно на свободном выборе человеком долга как лучшей из возможностей, зачастую взаимоисключающих. Должное понимается марксизмом, однако, главным образом статистически. Например, если марксистская теория приходит к выводу, что большинство литераторов более или менее вынужденно выражают в своем творчестве некую политическую линию, соответствующую интересам определенных общественных слоев, то для марксиста из этого с неизбежностью следует, что всякий литератор должен стремиться к воплощению тех или иных классовых интересов. Важнейший вопрос обречено ли, в известном смысле, всякое общественное мировоззрение вырождаться в идеологическую мифологию На этот вопрос лучше всего ответить также вопросом а должно ли сколько- нибудь сложное, цельное мировосприятие — по необходимости интимное, поскольку оно рождено на пределе субъективности творческого разума, в творческом самоотречении преодолевающего произвол фантазии и открывающего законы бытия как свои собственные внутренние законы
5
— неизбежно превращаться в общественную идеологию Научная доктрина становится идеологией тогда, когда возможность анализировать объект определенным образом превращается в требование осмыслить его именно так или, иначе, когда понятие данного объекта претендует быть его объяснением. По-видимому, «гипермодальная» окрашенность идеологии — это принадлежность главным образом полупатриархального либо тоталитарного обществ. В условиях же демократического строя мировоззрение, возвращаясь к своему личностному истоку, оказывается снова интимным делом круга единомышленников, не принимая отчужденно-политизированной идеологической формы. Достоянием же общества остается необходимый набор не имеющих концептуальной окраски моральных нормативов.
* * * Характерная черта марксизма — отношение к общественной истории, к социальному бытию как имеющему такой смысл, который выходит за рамки эмпирического существования, обладающему некоей трансцендентной целью (causa finalis, те. аристотелевская причина, выступающая одновременно как цель, в развертывании действительной истории, действительных отношений родового человека через конечную предысторию «кажимостей»). Именно эти моменты подразумевал Бердяев, подчеркивавший, что марксизм как философия переносит в сферу
«мертводифференцированной» материи самодвижение вечно становящегося в категориях, снимающего себя духа. Тем самым марксизм оказывается очень тесно связан с гегельянством и объективным идеализмом в целом. Эта черта проявляется ив политэкономическом воплощении марксова учения. Маркс, как известно, не оставил нам эксплицированного изложения своей философии, однако все идеологическое здание марксова учения базируется настрого научном фундаменте классической политической экономии, а точнее — на теории трудовой стоимости. Именно здесь начало начал марксистской политэкономической доктрины, диалектического монизма ее методологии. Начиная любое, даже прикладное исследование, обществовед, ив особенности экономист-марксист, ощущал, что он — садовник в необъятном саду мировоззренческой концепции, где каждый стебель прорастает в единое хитросплетенное тело огромного дерева. И такое мировосприятие поддерживало творческую жилку более или менее смутным ощущением соучастия в творении. Это происходило, несмотря на иссушающее дыхание паранаучного догматизма (хотя в тоже время марксистский эффект системности находится в тесных отношениях с пресловутым синдромом винтика единого сверхчеловеческого механизма.
5
О глубоком единстве интуитивного умозрения и теоретического конструирования в рамках системы естественного языка см, например, Флоре нс кий П. В. Сочинения. Т. 2. Мс В самом деле, как мы уже коротко упоминали выше, говоря об
«онтологичности» марксизма, отличительная особенность методологии марксизма — отношение к существующему объекту как неполному, не вполне действительному, только развертывающему свои собственные действительные внутренние связи в полной системе несводимых к этому объекту вещей. Так, Марксов капитал — отнюдь не то, чем он хочет казаться и кажется своим реальным носителям. Капитал — это отношение, полностью определяющее себя лишь в целой социально-экономической системе современного общества. Заработная платане оплата труда работника, а превращенная форма стоимости расширенного воспроизведения его рабочей силы. Прибыль — не прибыль как таковая, а превращенная форма прибавочной стоимости, выражающей основное социально-экономическое отношение общества. Наконец, товар как элементарная единица товарного хозяйства и его полной, развернувшейся формы — хозяйства капиталистического
— уже содержит в себе (во внутренних отношениях представленной в нем стоимости) и всю действительную систему социально-экономических (но также в конечном счете и надстроечных) отношений, и потенциально действительную открытую при помощи научного метода) общественную историю, в том числе историю будущего. Вполне осознавая, что акцентирование различий действительного и кажущегося и есть отменная питательная среда для всевозможного политического утопизма и экспериментаторства, нельзя все жене заметить, что с полным отказом от марксизма в общественных науках мы обедняем себя. Я имею ввиду прежде всего семью экономических наук, экономическую философию — политэкономию, задача которой состоит в выявлении цельности и взаимообусловленности всех процессов, всех подсистем в экономике как едином универсальном объекте, саморазвивающемся помимо наблюдателя. Конечно, понятие диалектика, прочно ассоциируемое у нас с марксизмом, достаточно скомпрометировано не только политически, но и методологически — неформализуемостью исследовательской процедуры. Однако тем самым проблема переносится в плоскость научной критики методологии, где может решаться как проблема допустимых пределов качественного анализа. Следует иметь ввиду, что методология экономической науки обманчива оперируя количественными оценками, она создает впечатление точного знания. Однако сами отправные параметры оказываются конвенциональными допущениями теоретиков, так что наименее надежными становятся результаты, нередко имеющие форму математически неопровержимых. Математический инструментарий не реформирует методологию радикально ведь это не более чем свернутая запись текста, где результат зависит от адекватности понятий и четкости определений на входе. Существующие в настоящее время немарксистские экономические теории либо трактуют цельность и взаимообусловленность экономических явлений сугубо механически (как феноменов, объединенных общим местом и временем действия, взаимодействующих на рынке, как на вечной сцене, которая нейтральна по отношению к пьесе, ив условиях, определенных не исторически, но лишь абстрактно-логически) , либо описывают экономику в качестве абсолютного объекта, противополагая ее активному субъекту в той или иной форме итак или иначе отказывая экономике в способности к самостоятельному системному становлению. Всякий элемент при этом рассматривается как самодостаточный (те. полностью определенный в себе самом) и исследуется не генетически, а лишь функционально, что существенно обедняет познавательные возможности науки.
Общественнонаучные теории, построенные как философские, в том числе и марксизм, лишь в очень ограниченной степени поддаются непосредственной проверке (скажем, статистическими данными. Ценность этих теорий в большей мере в их цельности, в контексте. Это цельные научные типы мировоззрения, такие как томизм, кантианство, гегельянство, особенность которых в том, что они одновременно составляют историю науки и существуют в ее сегодняшнем дне. Однако не так, как в сегодняшнем дне, предположим, физики присутствуют формулы, выведенные три столетия назад и остающиеся верными, а как воззрения, взаимодополняющие одинаково ценные картины мира, несовместимые в своих отдельных частях. Вне своей спецификации категории марксизма оказываются метафорами (также, как и метафорами, применяемыми интуитивно и зачастую взамен ив прикрытие иных, более определенных, понятий, оказываются реальность, материя и им подобные. В этом случае как рази открывается дорога к превращению философского контекста в идеологический миф.
134


Каталог: data -> 803
data -> [Оставьте этот титульный лист для дисциплины, закрепленной за одной кафедрой]
data -> Примерная тематика рефератов для сдачи кандидатского экзамена по философии гуманитарные специальности, 2003-2004 уч
data -> Программа дисциплины для направления 040201. 65 «Социология» подготовки бакалавра
data -> Программа дисциплины «Э. Дюркгейм вчера и сегодня
data -> Методика исследования журналистики
data -> Источники в социологии
803 -> Сравнительный анализ хозяйственных систем
803 -> М. А. Аствацатурова, Д. Тэпс чеченская диаспора в россии аствацатурова м
803 -> Предмет и задачи теории аргументации


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница