Десять Советов по практике Дзэн



страница3/4
Дата31.01.2018
Размер286 Kb.
ТипЛекции
1   2   3   4
К Чэнь Чжи-чженю

Когда вы вовлечены в суету и волнение, от которых вы не можете уклониться или воздержаться, вы должны знать, что это наилучшее время работы над Дзэн. Если наоборот, вы пытаетесь подавить или поправить Свои мысли, вы далеко уходите от Дзэн. Самое худшее, что может сделать ученик,— попытаться поправить или подавить свои мысли в неизбежных обстоятельствах. Древние Мастера говорили:

Никакого различия вообще не возникает —

Только освещение пустоты

Отражает все проявления внутри себя.

Помните об этом. Помните об этом!

Если вы употребите хоть долю силы, чтобы предпринять малейшее усилие для достижения Просветления, вы никогда его не достигните. Если вы предпринимаете такое усилие, вы пытаетесь поймать пространство руками, что бесполезно и является тратой времени.

 
1. Физика - это наука о наиболее общих законах природы. Метод познания, используемый в физике, - это научный метод - экспериментальный и теоретический, - позволяющий объективно и беспристрастно исследовать окружающий нас мир. Этот принцип - объективность и беспристрастность в описании природы - является одним из фундаментальных требований научного метода познания вообще и гносеологии физики в частности. С точки зрения традиций науки, западного стиля мышления - это требование здравого смысла. Действительно, было бы абсурдно, если, например, закон всемирного тяготения зависел от личности отдельного экспериментатора, от его характера, возраста и т.д. В этом случае этот закон и не был бы законом в общепринятом смысле. Однако развитие физики показывает, что этот основополагающий принцип не является незыблемым. То, на что, казалось, человек может опереться во все времена, может быть подвержено сомнению. Первый сигнал пришел к нам из квантовой физики.

Но прежде - немного истории. Научный метод познания с его основополагающим принципом - объективностью - сформировался в XVII веке в трудах Рене Декарта [1]. Сутью картезианской философии, на которой основывается научный метод, является разделение всего сущего на три части: Бог, мир и я. Причем основное внимание сфокусировано на разделении между миром и я, т.е. между "res extensa" (существо протяженное) и "res cogitans"(существо мыслящее). Это разделение было продиктовано стремлением создать достоверное, т.е. объективное знание. Именно с этого разделения и начинается собственно наука, в частности физика. Картезианский подход к познанию мира дает как-бы чистую и прочную опору для "res cogitans", ставит его над проблемами жизни и смерти, над страданиями, сопровождающими жизнь. Это разделение, возведенное в основополагающий принцип, в аксиому, превратилось в мощный догмат веры. Несмотря на колоссальный прогресс в нашей борьбе с миром, с природой, в нашем освоении этого мира, противостоящего, по сути, с точки зрения картезианской философии человеку, "res cogitans", она, эта философия, не может ответить на важнейшие вопросы человеческого существования. Одним из таких вопросов, впрочем, не самых трудных, является следующий: какова цель научного познания? Материальное производство? Более эффективное освоение природы? Более эффективная борьба с ней? Более эффективное оружие массового уничтожения? Будущее счастье человечества? Или это извечное, сродни детскому, любопытство? Любопытство, которое заканчивается сломанной игрушкой, сломанной природой, взрывом ядерной бомбы, экологической и социальной катастрофой?

Одним из следствий искусственного разделения Единого целого - Бог, мир, я - на три части является по сути отделение я от нравственной оценки результатов познания, поскольку это познание выходит обязательно за рамки отдельного познающего и влияет, хочет он того или не хочет, на других, на мир. Отделение я от Бога дает как бы нравственную индульгенцию от возможных негативных последствий использования другим, не им, знания, объективного в картезианском смысле.

Во все времена возведение в принцип одной из возможных точек зрения заканчивалось трагически не только для принципиального я, но, к сожалению, для других, не подозревающих о наличии такого принципа. В данном случае на карту ставится очень даже не малое - человечество, его будущее. Действительно, последовательное движение по картезианскому пути - это движение по пути "прогресса", это поступательное движение, в которое неизбежно будут вовлекаться все большие производительные силы, природные и человеческие ресурсы. Это движение без остановки. Любая наука, в том числе, конечно, и физика, будет все больше дробиться, т.е. специализироваться. Наука будет открывать все более тонкие и глубокие тайны природы, и эти знания будут поставлены на "службу производству". Несомненно, эти знания будут использованы для создания новых видов вооружения. Массовое производство приведет к истощению ресурсов Земли и к глобальной экологической катострофе. Джинн выпущен из бутылки, но нет сейчас сил, способных загнать его обратно, покуда в сознании людей доминирует картезианский подход.

Однако то, что в картезианской философии имеются внутренние противоречия концептуального характера, было понято многими, в том числе и физиками (см., например, [2]) уже давно.

Но вернемся к физике. Классическая механика, предметом изучения которой является мир больших масс и малых скоростей, сформировавшаяся к концу прошлого века трудами многих великих физиков - Галилея, Ньютона, Лагранжа, Гамильтона и др., является теорией, где картезианская идея объективности проведена в совершенстве (см., например, [3]). Эта теория, тщательно разработанная, обладающая мощным математическим аппаратом, казалось, может объяснить любые явления природы. В классической картине мира нет наблюдателя, он здесь не предусмотрен, его не должно быть здесь. Физический мир и наблюдатель отделены друг от друга с самого начала. Задача классической механики в том и состоит, чтобы - не дай Бог! - и тени наблюдателя не было в рафинированной картине мира. Наблюдателю здесь отведена одна роль - бесстрастно фиксировать объективные законы природы, не вмешиваясь в нее. Искусство экспериментатора в том и состояло, чтобы с помощью приборов свести влияние его самого на нет, так чтобы его измерения мог повторить любой другой экспериментатор в любом другом месте в любое другое время. Наблюдатель здесь стоит над природой, он взирает на нее с высот почти Бога. Но, в отличие от Бога, он не судия, он не вершитель; он холодный регистратор, рассматривающий мир как объект изучения, как коллекционер, накалывающий на иголку красивую бабочку. В линейной картине классической механики влиянием наблюдателя действительно можно пренебречь. Можно сказать, что красота классической механики, ее завершенность, отсутствие внутренних противоречий является результатом того, что влиянием возмущения при наблюдении, т.е. влиянием наблюдателя можно пренебречь. Неабсолютный характер классической механики был понят лишь с появлением механики квантовой. Но не только это составляет слабое звено механики Галилея-Ньютона. Уравнения движения являются обратимыми, т.е. они симметричны относительно прошлого и будущего, они не обладают выделенной стрелой времени, наблюдаемой в реальном мире.

Мир существует вне нас и помимо нас - утверждение, вытекающее из картезианского подхода. В этом утверждении выражена абсолютная отстраненность наблюдателя от наблюдаемого мира. До появления квантовой механики его справедливость не вызывала сомнения. Почему? Чтобы ответить на этот вопрос, мы должны подробнее рассмотреть сам процесс наблюдения. Допустим, что мы наблюдаем летящее в пространстве тело. Наблюдать - значит, во-первых, увидеть это тело, во-вторых, измерить некоторые физические величины, относящиеся к нему, а именно, его координаты в какой-либо момент времени и импульс в тот же момент. Увидеть - означает, что мы должны вначале послать на это тело пучок света, а затем поймать отраженный от него свет глазом или каким-либо прибором или, если тело само излучает, мы должны зафиксировать это свечение. Всё замечательно, если этим телом будет, к примеру, камень. Свет, отражающийся от него (если, конечно, он облучается не сверхмощным лазером. Будем полагать, что это так), вряд ли изменит состояние движения камня, потому что энергия падающего на него света, очевидно, существенно меньше энергии самого камня. При измерении координаты и скорости нам также потребуется направить на него свет и зафиксировать отраженный свет. Суть не изменится и в случае светящегося камня. Таким образом, мы можем пренебречь влиянием света и смело заявлять, что движение камня происходит объективно, т.е. независимо от наблюдателя. Совсем другое дело, если этим телом окажется электрон. Энергия фотона, с помощью которого мы "наблюдаем" электрон, может оказаться одного порядка с энергией электрона, и взаимодействие существенно изменит состояние его движения. Здесь уже невозможно пренебрежение влиянием фотона, т.е. наблюдатель, наблюдая, влияет на состояние наблюдаемого объекта. Это обстоятельство лежит в основе соотношения неопределенности Гейзенберга в квантовой механике (см., например, [4-5]). Возникает новая в сравнении с классической механикой ситуация: объективность в картезианском смысле здесь исчезает. Велико или мало воздействие, оказываемое на объект исследования при измерении, - вот вопрос, который по сути проводит водораздел между классической и квантовой механиками. Если пренебречь этим влиянием нельзя, то нужно принципиальное иное описание по сравнению с механикой Галилея-Ньютона, нужно вводить волновую функцию, писать для нее уравнение Шрёдингера и т.д. Таким образом, объективность классической механики - это результат возможности пренебрежения воздействием на объект изучения в процессе узнавания, т.е. объективность является приближенной. Акт познания, строго говоря, субъективен. Картезианская объективность науки в этом смысле - иллюзия. Можно сказать, что объективность науки - это только этап, не самый продвинутый, осознания себя и мира.

Объективность - краеугольный камень науки. Этот ясный, правильнее сказать, привычный принцип, являющийся базисом картезианского подхода к познанию природы, и формирует то, что мы называем западным стилем мышления. Все нынешние потрясающие технологические достижения - следствие именно этого стиля. Возможность количественного описания сложнейших явлений природы в микро- и макромире - это тоже прикладной аспект картезианской философии. Создать величественную картину мира, воссоздать конструкцию мира, сотворенную волей Бога, это быть на уровне Бога, верить, что все тайны природы будут лежать у ног - это поистине грандиозно! Кажется, что картезианский путь - это единственный и правильный путь. Подтверждением этому служит то, что западный способ организации жизни, основой которого является картезианское отношение к миру, становится почти повсеместным. Но как факт возникает парадоксальная ситуация: чем глубже наше понимание природы, тем больше новых вопросов. Что это? Означает ли это, что мы просто находимся в начале пути борьбы с непознанным - но познаваемым! - или здесь что-то не то? Наша всеядность в познании - это замысел Бога или путь в никуда? Если это - путь в никуда, то, несомненно, что это отголоски картезианской идеи отделения от Бога.

Картезианское отношение к природе - это отношение ребенка к игрушке: разобрать, чтобы узнать, что там внутри. Просвещенный Запад переживает пору раннего детства? И как в раннем детстве он уверен, что он всегда прав. Повзрослеет ли?

Вернемся к понятию "научная объективность". Язык, на котором мы говорим, с помощью которого мы формулируем понятия, является ненадежным средством выражения объективности, т.е. полной отстраненности от предмета наблюдения, поскольку он служит лишь для обозначения предмета, но никак не самим предметом. Поэтому наши попытки описать природу в картезианском духе, т.е. научно, объективно имеют с самого начала существенные изъяны. Язык не может служить средством объективности. Рассмотрим, к примеру, некий предмет - камень. Если это просто слово "камень", то он - предмет лингвистики. Но это слово - обозначение определенного тела. Какого тела? Это кусок гранита, мрамора или еще чего? Где он находится? Вмурован в асфальт, лежит на вершине горы? Где камень? И т.д. Таким образом, это все разговор о камне, и разговор этот субъективен. Но камень существует, вот он, я вижу его, я даже трогаю его. Он - объективен. Но вы, читатель, когда читаете эти строки, вы видите этот мой камень? Вряд ли! Рискну сказать - в объективно существующем камне много субъективного. Камень существует независимо от нас, знание о нем априорно. Но любое знание, выражаемое с помощью понятий и слов, субъективно. И мы должны согласиться, что наше объективное знание субъективно. Описывая результат любого эксперимента, мы вынуждены использовать слова, понятия, а следовательно, мы тем самым вносим элемент субъективности. С точки зрения рафинированной объективности здесь не нужны слова: я молча указываю на этот камень пальцем.

Одним из самых великих достижений человечества в уходящем веке несомненно является открытие квантовой механики. Бор, Шрёдингер, де Бройль, Гейзенберг, Паули, Дирак - это имена физиков, трудами которых сделано это открытие. Оно означало, что у незнания отвоевано невиданное доселе по величине поле, физики овладели мощнейшим инструментом познания. Сила квантовой механики необыкновенна. С ее помощью описаны глубочайшие и тончайшие свойства природы. Она обладает огромной предсказательной силой. С ее помощью была предсказана и затем экспериментально открыта античастица - позитрон. Квантовой механикой пронизана вся без исключения физика. Явления сверхпроводимости, сверхтекучести вообще не могут быть поняты без квантовой механики. Практически все наиболее впечатляющие технические достижения типа лазеров, микроэлектроники, систем связи и коммуникации, компьютеров и т.д. были бы невозможны без квантовой механики. Открытие квантовой механики - это высочайшая вершина картезианского подхода к миру. Был совершен грандиозный сдвиг сознания. Но картезианский мир симметричен. Дуализм - характернейшая, неотъемлемая, родовая черта этого мира. Добро и зло всегда здесь ходят вместе. Величайшие достижения оборачиваются величайшим злом. Добро и зло противопоставлены друг другу, и они же не могут существовать друг без друга. Борьба добра со злом - это абсолютно. Доминанта картезианства - это борьба. Один из главных методов картезианства - сомнение. Сомнение предвосхищает борьбу. Сомневайтесь! В споре рождается истина! Величайшее достижение человеческой мысли - квантовая механика, - пожалуй, впервые после долгих лет торжества картезианства в полном соответствии с его доктриной - во всем сомневаться - породила сомнения относительно основной идеи картезианской философии разделения - Бог, мир и я. Соотношение неопределенностей Гейзенберга в квантовой механике говорит о том, что мир и я неотделимы друг от друга. Дуализм между миром и я - это не только противоречие, но и единство. Субъективность в точном соответствии с Бором является, как оказалось, дополнительной к объективности - к научной объективности.

Сомневаться, чтобы познавать. Сомневаться, чтобы низвергнуть догмы. Сомневаться, чтобы идти по пути прогресса. Следовать в соответствии с картезианской философией и идти по пути прогресса - это почти синонимы. Но сомневаться в существовании Бога - это прийти к грубому материализму и коммунизму, что человечество хлебнуло в полной мере, к отрицанию нравственности. Отрицание Бога и нравственности обосновывается еще и технократическим соображением - всё то, что нельзя описать с помощью математической формулы - этого нет вообще, это чушь. Нельзя описать Бога математической формулой, нельзя описать нравственность математическим уравнением, и много чего нельзя описать количественно. Может, как раз это и прекрасно?

Одним из волнительных достижений физики последнего времени можно назвать нелинейную физику. В настоящее время вряд ли она является замкнутой теорией, как механика Галилея-Ньютона или квантовая механика. Однако стало ясно, что мир вокруг нас сугубо нелинеен. Нелинейный мир гораздо богаче линейного мира; можно сказать, что линейный мир, с которым в основном мы имели дело, это частный случай, упрощение, грубое приближение реального нелинейного мира. Макроскопические системы ведут себя линейно только вблизи термодинамического равновесия. Вдали от термодинамического равновесия, в неравновесных состояниях динамическое поведение системы является нелинейным. При наличии внешнего воздействия нелинейная система может спонтанно перейти в состояния с высокой упорядоченностью. В физике появилось новое понятие - синергетика, которая объединяет любые процессы самоорганизации с образованием упорядоченных структур [6-7]. Образование упорядоченных структур, описываемых синергетикой, - это всегда динамический процесс, в котором энтропия уменьшается. Это обстоятельство, однако, не противоречит второму началу термодинамики, утверждающему о безусловном возрастании энтропии в замкнутых системах, т.е. в замкнутых системах система самопроизвольно может стремиться только к равновесию. Системы, в которых возможно образование упорядоченных структур в результате самоорганизации, это всегда открытые системы, обменивающиеся с окружающей средой энергией, веществом, информацией. (Предупреждение для самопровозглашаемых "благодетелей" человечества: построение будущего счастья за железобетонными стенами в отдельно взятом регионе или стране невозможно.) В настоящее время известно огромное количество примеров самоорганизации с образованием упорядоченных структур в физике, химии, астрофизике, биологии и т.д. Важным здесь является то, что биологические структуры - растения, животные и, наконец, сам человек - являют собой образцы высокоорганизованных структур. Наверно, сейчас можно ставить вопрос: что такое жизнь с точки зрения физики? Это трудный вопрос, хотя более трудным является: в чем смысл жизни? Изучение наблюдателем самого себя - можно ли полностью отрешиться здесь от субъективизма, изгоняемого картезианством?

Нелинейные системы отличаются от линейных тем, что в них имеют место точки бифуркации, в которых система имеет возможность выбора: ее дальнейшее развитие может пойти по тому или другому пути. При наличии внешнего воздействия нелинейная система при определенных условиях может перейти не только в некоторое упорядоченное состояние, но и скачком перейти в состояние динамического хаоса (см., например, [11-13]). В качестве таких условий могут выступать значения некоторых параметров, число которых не ограничено, и характеризующих саму систему и взаимодействие с окружающей средой. Неожиданным здесь является то, что хаос может иметь не только статистический характер, а он может зарождаться внутри системы с очень малым числом степеней свободы. Можно сказать, что хаос - это внутреннее свойство нелинейной динамической системы. Существенно, что свойства динамического хаоса отличаются от свойств статистического хаоса. В системе со стастическим хаосом любая информация о начальном возмущении исчезает из-за диссипации в течение определенного времени, называемого временем релаксации. Однако, как оказалось, и в состояниях динамического хаоса малое начальное возмущение определяет асимптотическое состояние системы и при наличии диссипации. Т.е. малое начальное возмущение не исчезает безвозвратно, а определяет вид состояния в бесконечном будущем. Это свойство было названо эффектом памяти [14]. Хотя этот эффект был обнаружен на конкретной простой нелинейной системе - джозефсоновском переходе, - однако есть все основания полагать, что он имеет место в любых нелинейных системах, поскольку все они обнаруживают высокую чувствительность к начальным условиям. В эволюции нелинейных систем проявляется, можно сказать, эффект "бабочки Брэдбери": в известном фантастическом рассказе Брэдбери бабочка, раздавленная в далеком прошлом, полностью изменяет настоящее и, конечно, будущее. Наблюдатель, бесстрастный исследователь, картезианец, коллекционер бабочек, остановись и подумай, прежде чем ты будешь накалывать очередную красивую бабочку! Остановись и подумай о будущем!

2. Кроме картезианского подхода к миру с его доминантной идеей разделения, научной объективности, отделения я от мира и Бога существует давно другая, противоположная картезианству, философия, в которой доминантной является идея единства. Единства я, мира и Бога. Бог во мне, в травинке, в животном, мы - это одно. В восточной философии человек - неделимая часть природы; познание природы - это полное погружение в неё, растворение в ней, и в этом высшая цель человека. В полной мере эта идея единства отражена в философии Дзен [15-16]. Дзен представляет собой одну из ветвей буддизма, получившего широкое распространение в Китае и странах Дальнего Востока примерно с V - VI в. н.э., т.е. через пять веков после проникновения буддизма в Китай и тысячу лет после его возникновения в Индии [17]. Однако, именно здесь буддизм получил дальнейшее развитие, адаптировавшись к менталитету китайцев, воспитанных на идеях конфуцианства и философии Дао. Дзен и является одним из итогов этого развития. В Дзене сосредоточена в концентрированном виде вся философия Востока.

Главной целью буддизма, и Дзена в том числе, является достижение просветления. Слово "Будда" и означает просветление. Отличие Дзена от других ветвей буддизма состоит в различии путей достижения просветления, которое в Дзене называется сатори. В Дзене главное внимание на пути достижения сатори уделяется не Священным Писаниям, не сутрам, а непосредственному постижению реальности на основе интуитивного проникновения в собственную природу. Дзен считает, что в принципе любой человек может достигнуть сатори. Дзен верит в чистоту и божественность духа человека. Итак, что такое сатори? Образно говоря, сатори - это умственное озарение, это внутреннее пробуждение сознания, наполненное беспредельной радостью, гармоничностью, красотой мира. Описать сатори словами, понятиями невозможно. Сатори представляет собой переживание глубоко личное, это не знание, достигаемое анализом или сравнением. "О поэзии говорят только с поэтом; только больной знает все нужды больного", - в этом все дело. Человек, не достигший сатори, не поймет, что это такое. Нужен личный опыт, другого пути здесь нет. Дзен указывает путь к сатори. Однако не все могут идти по этому пути. Почему?

Человек живет в мире дуализма, двойственности, различения. В мире борьбы противостоящих друг другу антиподов, борьбы добра и зла, конечного и бесконечного, знания и незнания, подлости и благородства, нищеты и богатства. Эта борьба нескончаема. Является ли эта борьба абсолютной? В чем причина дуализма, двойственности, различения? Можно ли погасить дуализм? Можно ли выйти за пределы мира дуализма? Существует ли "по ту сторону добра и зла"? Эти вопросы возникают вследствие неведения. Дзен считает, что из-за неведения мы идем по неправильному пути и обнаруживаем дуализм в своем собственном существе, что с самого начала не было никакой необходимости в борьбе между конечным и бесконечным, что мир, который мы так страстно ищем, был всегда внутри нас. Мир дуализма, двойственности, различения возникает у человека с того самого момента, как он начинает осознавать себя. По ту сторону добра и зла - это по ту сторону человека, по ту сторону его страданий. Добро и зло не абсолютны. Они - в нас. Дуализм - не абсолютен. Мир сам по себе един. Я - часть этого единого мира. Дуализм - это всего лишь слово, произнесенное мной. Сатори и есть переживание этого единого, целостного мира.

Неразличение, отсутствие дуализма было изначально. Именно поэтому, говорит Дзен, каждому доступно сатори. Именно поэтому, утверждает Дзен, Будда в каждом из нас. Чтобы понять истинную природу человека, нужно освободиться от дуализма. Дзен предлагает особые методы достижения сатори [18]. Это система коанов. Вот некоторые примеры коанов: 1. Один монах спросил Тосана, учителя Дзена: "Кто такой Будда?" - "Три циня хлопка", - ответил тот. 2. Один монах спросил Дзесю: "Что означает приход первого патриарха в Китай?" - "Кипарис во дворе". Коаны - это упражнения, которые предлагают решить непосвященным учителя Дзена. Они на первый взгляд кажутся парадоксальными, бессмысленными. Но это на взгляд непросветленного. Но когда коан понят, то это значит, что понято умственное состояние учителя Дзена и это мгновенно приводит к сатори. Сатори наступает внезапно, как озарение. Коаны ускоряют созревание сознания к восприятию Дзена.

3. Та истина, к которой стремится Дзен, а точнее, к которой он указывает путь, это то, что в обыденном сознании, в мире разграничений и дуализма является необычным и именно поэтому для ее постижения нужны парадоксальные идеи и методы. Физика, изучающая мир, недоступный непосредственному чувственному восприятию, т.е. атомная и ядерная физика, не может не быть парадоксальной, поскольку ее описание основывается на языке классической физики, языке макромира. Правильно поставленный в микромире вопрос должен быть парадоксальным (парадоксальным с точки зрения макро). Чтобы вскрыть реальность, нужно было ставить парадоксальные вопросы.

Объективность науки и субъективность - на самом деле здесь нет антагонизма. Наука объективна в известном смысле, она всегда несет в себе долю субъективности. И доля субъективности в нашем объективном знании будет, несомненно, нарастать. Эта проблема в настоящее время активно обсуждается (см., например, [19-21]). Картезианское разделение после долгого, плодотворного и нелегкого пути будет сменяться синтезом, слиянием, интеграцией мира и познающего ее субъекта. Мир и я - это единое целое, и Бог - как высшая реальность - во мне и в окружающем меня мире. Физика в начале этого совместного пути. В Дзене это сляние было изначально:

Этот старый пруд!


Ныряет в воду лягушка -
негромкий всплеск... [22]

Передать в настоящее время математическими формулами этот негромкий всплеск, летящий к звездам, это ощущение единства с миром невозможно. Да и надо ли?

Каков возможный асимптотический путь физики? Пойдет ли она и дальше по пути объективизма, что подразумевает научность в нынешнем смысле? И тогда мы будем считать, что субъективность - это только дополнительность в смысле Бора к картезианской объективности науки. Или физика сольется с духом философии Дзен и это будет цельное описание Единого? (См., например, [23].) Даже не описание. Будет только это Единое.

--------------------------------------------------------------------------------

Литература
[1] Декарт Р. Сочинения: В 2 т. М.: Наука, 1989.
[2] Гейзенберг В. Физика и философия. Часть и целое. М.: Наука, 1990.
[3] Ландау Л.Д., Лифшиц Е.М. Механика. М.: Наука, 1973.
[4] Де Бройль Л. Соотношения неопределенностей Гейзенберга и вероятностная интерпретация волновой механики. М.: Мир, 1986.
[5] Ландау Л.Д., Лифшиц Е.М. Квантовая механика. Нерелятивистская теория. М.: Наука, 1974.
[6] Хакен Г. Синергетика. М.: Мир, 1980.
[7] Хакен Г. Синергетика: Иерархии неустойчивостей в самоорганизующихся системах и устройствах. М.: Мир, 1985.
[8] Николис Г., Пригожин И. Самоорганизация в неравновесных системах. М.: Мир, 1979.
[9] Пригожин И. От существующего к возникающему. М.: Наука, 1985.
[10] Николис Г., Пригожин И. Познание сложного. М.: Мир, 1990.
[11] Заславский Г.М., Чириков Б.В. Стохастическая неустойчивость нелинейных осцилляторов// УФН. 1971. Т.105. 1. С.3-29.
[12] Chirikov B.V., Izrailev F.M., and Shepelaynsky D.L. Dynamical Stochasticity in Classical and Quantum Mechanics// Sov. Sci. Rev., Sect. C. 1981. V.2. P.209-223.
[13] Лихтенберг А., Либерман М. Регулярная и стохастическая динамика. М.: Мир, 1984.
[14] Yugay K.N., Blinov N.V., and Shirokov I.V. Effect of memory and dynamical chaos in long Josephson junctions // Phys. Rev. B. 1995. V.51. N.18. P.12737-12741.
[15] Судзуки Д.Т. Основы Дзен-Буддизма // Дзен-Буддизм. Бишкек: МП "Одиссей", Гл. ред. КЭ, 1993.
[16] Уотс А. Путь Дзен. Киев: "София", 1993.
[17] Религиозные традиции мира: В 2 т./ Под ред. H. Byron Earhart. М.: Кронпресс, 1996. Т.2.
[18] Кацуки С. Практика Дзен. Киев: "REFL-book", 1993.
[19] Капра Ф. Дао физики. СПб.: "Орис", 1994.
[20] Капра Ф. Уроки мудрости. М.: Изд. Трансперсонального института, 1996.
[21] Пригожин И., Стенгерс И. Время, хаос, квант. М.: Прогресс, 1994.
[22] Басё. Из книги "Старый пруд". Классическая поэзия хайку эпохи Эдо / Пер. с яп. А. Долина. СПб.: "Гиперион", 1999.
[23] Таунс Ч. Слияние науки и религии // Диалоги. М.: Политиздат, 1979.

 


Сознанием веди энергию, опускайся ниже, смыкайся с землей, и тогда энергия сможет войти в кости. Пусть энергия свободно обращается в теле, будь уступчив и подвижен, и тогда энергия будет легко следовать за сознанием. Если воспрянет творящий дух, не будешь косным и неповоротливым. Это значит, что голова должна быть как бы подвешенной, воля и энергия должны свободно сообщаться друг с другом. Тогда постигнешь секрет жизненной полноты. Это значит, что пустое и наполненное могут претерпевать превращения и друг в друга перетекать.

Применяя внутреннюю силу, будь покойно-расслабленным и погружайся вниз, смыкаясь с землей. Будь сосредоточен на одном направлении, нужно стоять прямо и не терять равновесия, тогда сможешь без помех нападать во все стороны.

Движение энергии - как "путь с девятью зигзагами", и нет такого места, куда бы оно не достигало. Внутренняя сила в применении - как сталь, закаленная сотню раз, и нет такой твердыни, которая устояла бы против нее.

Обликом подобен орлу, хватающему зайца; духом подобен кошке, хватающей мышь. Будь покоен, как гора, будь подвижен, как водный поток. Накапливай внутреннюю силу, как сгибается лук. Испускай силу, как спускается с лука стрела. В кривом ищи прямое: сначала накапливай, потом испускай. Сила исходит из спины, шаги следуют за перемещениями тела.

Собирание силы есть также высвобождение. Высвобождение силы есть также собирание. Сила прерывается и продолжается снова.

В движении вперед и назад должно быть складывание и сгибание. В наступлении и отступлении должно быть вращение и переменчивость.

Сначала предельная мягкость, потом предельная твердость. Если умеешь дышать, можешь быть одухотворенно-живым.

Питай энергию, воздействуй прямо, и не будет вреда. Накапливай внутреннюю силу, скручиваясь, и она будет в избытке.

Сознание - это главнокомандующий, энергия - это вестовой, поясница - это полевой командир.

Сначала учись расширяться, затем учись сжиматься - так приблизишься к совершенству.

Сказано: "Он не двигается - я не двигаюсь. Он сдвинулся, а я двигаюсь прежде него. Сила кажется расслабленной, а не расслаблена; как будто раскрывается - и не раскрывается. Сила прерывается, а воля не прерывается".

Сказано: "Прежде - в сознании, потом - в теле. Живот расслаблен и покоен, энергия скапливается в костях, дух безмятежен и тело покойно: всечасно носи это в сердце. Запомни крепко: если часть тела пришла в движение, нет ничего, что бы не двигалось, и когда что-то пришло к покою, нет ничего, что бы не упокоилось. Благодаря движению вперед и назад энергия прилипает к спине и скапливается в позвоночнике. Внутри укрепляй дух, вовне являй безмятежный покой."

Ступай, как ходит кошка, применяй внутреннюю силу как вытягивается шелковичная нить.

По всему телу воля направлена на дух, а не на энергию. Если она будет направлена на энергию, настанет застой. У того, кто сосредотачивается на действии энергии, не будет физической силы. А тот, кто взращивает энергию, достигнет чистой твердости.

Действие энергии - как тележное колесо, поясница - как тележная ось.


 
Путь тайцзи-цигун к западному человеку складывался по-разному и во времени, и в пространстве. И это во многом зависело от тех проводников в этот мир, которые шли с Востока на Запад и с Запада на Восток. Знакомство с тысячелетним опытом жизни людей, их философией, миропониманием и мироощущением, естественно, приводит к индивидуализации этого опыта, преломленного через призму своего понимания мира, воспитания, образования, темперамента, этнического происхождения...

На этой благодатной почве выросли собственные учения, сподвижники и своеобразные интерпретаторы тайцзи-цигун и других оздоровительных немедикаментозных методов китайской и восточной медицины.

В основе предлагаемой модели здоровья довольно явственно прослеживаются три фактора:

Физический - динамические и статические дыхательные упражнения и позы; физиологический - сочетание различных форм легочного и тканевого дыхания; психофизический или психосоматический, - лежащий в основе ряда медитационных и медитационно-дыхательных упражнений.

Объективизация (научное наполнение) этих принципов основана на достижении современных биомедицинских и физиологических теорий и методов физико-химического и кибернетического моделирования действия организма и мозга с помощью обратной биологической связи.

Отличительной чертой физических упражнений тайцзи-цигун является их непременное сочетание с биоритмикой дыхания и психосоматическими механизмами (мысль-движение-образ), позволяющими осуществлять мысленную материализацию образов и форм движений. Иными словами, форма начинает как бы жить собственной самостоятельной (энергетической) жизнью, оказывая посредством обратных связей влияние на содержание, установку - информационный сигнал. В этом отношении показательны движения, связанные с кистями рук, шоугун-терапия. Внутренний массаж органов, составляющий физическую основу (путем сочетания напряжения и расслабления определенных групп мышц) большинства упражнений проходит на фоне включения (сочетания) нейрогуморальных систем организма - физического (движение), физиологического (дыхание) и психического (мысль-установка) факторов.

Это, в свою очередь, позволяет активизировать эволюционно сложившиеся (эмбриобиомеханические) связи между количественной и качественной сложностью (информационной насыщенностью) движений в четырех координатах - четырехмерном пространственно-временном континууме, развитием (включением) деятельности высших отделов НС, отличающих движения животного от человека. Не обладая сознанием (отключенным разумом), животные как бы взамен (в виде компенсации) наделены биоэнергетической интуицией движения - оптимальной биомеханикой, позволяющей им чувствовать ИЭ-неоднородность пространства. Именно это подметили и использовали в создании своих школ и форм (змеи, тигра, орла и т. д.) создатели биоэнергетики движений. Китая и Индии.

Современные методы и теории биоэнергетики движений, развитые учеными 1 СПбМИ, НИИ экспериментальной медицины в НИИ мозга, позволяют успешно моделировать и осуществлять китайские модели здоровья с помощью высокочувствительных датчиков и кибернетических устройств с обратной связью.

В основе физиологического принципа тайцзи-цигун модели здоровья лежит глубинное, на молекулярном уровне, сочетание легочного и тканевого дыхания. Основу этой модели составляют кооперативные (сопряженные) взаимодействия симметрично действующих гемаглобиновых и оксигемоглобиновых систем, основанных на окислительно-восстановительных процессах. Два акта этой "физико-химической пьесы", составляющей основу нашего здоровья и жизни, происходят в тканях (1 акт) и легких (2 акт). Молекулярный механизм основан на различной силе кислот (Н.НвО2 Н2СО3 Н.Нв), участвующих в биохимическом и физиологическом актах.

Психофизическая (психосоматическая) мощь тайцзи-цигун-терапии, отшлифованная в течение тысячелетий, требует для своего описания привлечения, наряду с хорошо разработанными наукой теориями и методами (квантово-механической, термодинамической, электродинамической и др.), новых подходов и гипотез как из области физико-химии микро-, так и макро- мира.

Объяснение явлений эволюции сознания в сверхсознание требует от нас пересмотра ряда физико-химических основ действия клетки (явления конфирмационной биогравитации) и роли водных структур организма в проявлении ряда парапсихологических феноменов и интерпретации ряда пси-явлений.

Конфирмационно-энтропийные двигатели водных (клеточных) структур организма, развивающие космические энергии, сравнимые с энергиями коллапса звезд (300 000 g при делении клеток и расхождении митохондрий), позволяют нам говорить о существовании более глубинных проявлений суперсилы (единой теории поля-природы) при взаимодействии человека (микрокосмоса) с окружающей его Вселенной (макрокосмосом).

С позиции биохимической термодинамики рассмотрение условий функционирования нашего организма начинается с отделения его от остальной Вселенной (внешней среды) границей. Эта граница (или оболочка) может быть воображаемой, если мы мысленно очерчиваем часть изучаемой нами Вселенной, или реальной, скажем, биомембрана клетки, если мы изучаем клетку, или наша кожа, если в качестве биосистемы мы изучаем наш организм как единое целое. Через эту границу и происходит обмен биосистемы с внешней средой. Эффективность обмена, (определяющая сроки нашей жизни и состояние нашего здоровья) определяется не только тем, чем мы обмениваемся (качеством и количеством продуктов питания, питьевой и бытовой воды, воздухом и т. д.), но и тем, как этот обмен происходит, что, в свою очередь, зависит от свойств поверхности границы обмена, например, от состояния нашей кожи. Через кожу происходит обмен с внешней средой различными веществами (более 131), газами (более 7) водой и информацией. Причем участки нашей кожи неравноценны к различным видам этого обмена; на ней есть определенные "окна" от больших (зоны, каналы) до точечных (аккупунктурные точки), через которые обмен веществом, энергией и информацией идет с различной эффективностью. На коже есть сигнальные точки и зоны, которые задолго до появления болезни дают первый сигнал - звонок о ее появлении (предранняя энергоинформационная диагностика), который мы, как правило, не слышим. Например, изменение электрохимических (редокс-потенциал, кожное сопротивление) и термодинамических (энтропия, свободная энергия, энтальпия) характеристик участков мизинца, мочки уха и других сигнальных зон происходит за 6-7 месяцев до предыинфарктного состояния. Не слышим мы и второго звонка (изменение цвета, тактильных и других характеристик кожи), которые в случае того же инфаркта и инсульта происходят за 2-3 недели до беды (онемение мочки уха, вялость мизинца и т. д.). Зато мы хорошо слышим третий звонок - "удар гонга", когда болезнь уже овладела всем организмом.

Знание свойств биограниц организма (кожи, легких, слизистых, желудочно-кишечного тракта и т. д.), отделяющих его от внешнего мира, позволит нам найти условия смещения равновесного состояния нашего организма (нашей жизни) в оптимальную сторону, а при определенных условиях с нашей стороны и в сторону особого (сверх) состояния нашего организма, позволяющего раскрыть заложенные в каждом из нас резервные сверхвозможности долгой и активной жизни, сохранения молодости, раскрытия своих индивидуальных (физических, эмоциональных, интеллектуальных и психических) сверхспособностей (ясновидение, телепатия, психокинез и т.д.). Однако для раскрытия этих парапсихологических способностей нам необходимы не только знание основ биоэнергетики, раскрывающих механизм явных связей организма с окружающей Природой, но и скрытых многочисленных взаимодействий, посредством которых мы объединены с окружающими нас растениями, животными, планетами и звездами, то есть с неорганической и органической материей, в единое неразрывное целое. "Когда вы срываете цветок, то сотрясаются основания звезд", - говорили древние.

"Болезнь - это результат нарушения каких-либо связей человека с Природой", - говорил первый врач-природотерапевт Гиппократ.

"Нельзя лечить болезнь тела, не раскрыв болезни души", - говорили древние жрецы Египта и адепты Индии. Основным принципом лечения методами природотерапии, физико-химическую основу которой составляет биоэнергетика, является нахождение природы и числа связей, которые нарушил человек, сместив равновесное состояние биосистемы "природа-человек" в сторону состояния - болезни. Медицина Запада и врачеватели Востока научились распознавать эти нарушения в области явных (видимых) взаимосвязей, но мы еще очень мало знаем о природе скрытых, невидимых для нас, взаимосвязей, определяемых нами сейчас понятием "биополя". Пси-явления (изучение парапсихических способностей человека) - это первая брешь в этот мир, знания о котором мы пока черпаем из духовно-нравственных и религиозных источников человеческих знаний, которые в наше время (особенно в нашей стране) сильно оскудели.

По мнению учителей Востока, наши знания приходят к нам не через обучение и запоминание, а через узнавание, пробуждение, интуицию. Не истина открывается в нас, а мы в процессе правильного обучения открываемся для истины, используя нашу интуицию, проникая в сферу Истины короткими вспышками ("точка за точкой"), облачив эти вспышки в форму слов, нот, формул, религий. Разум должен научиться отыскивать ее под слоем мыслей. Биоэнергетическис ритмы стихов, их космическая вибрация пробуждает в нас элементы глобального сознания (ГС). Правильный выбор истинных произведений искусства (стихов, музыки, картин) поможет раскрыть в процессах биоэнергетического образования элементы этого разума. Роль искусства в раскрытии элементов ГС при биоэнергетическом обучении ребенка намного более мощнее, чем роль научной информации.

Поэзия (искусство вообще) как способ пробуждения и активизации резервных возможностей человека, включая здоровье и активное долголетие, - неисчерпаемо. Слова стихов, ноты музыки, краски картин - это только различные формы облачения единства гармонии Вселенной.



Тот огромный неиспользованный потенциал (из резервных нейронов, клеток и т. д.), который человек уносит из жизни, даже не прикоснувшись к нему, может и должен быть в течение жизни активизирован и использован на развитие его сверхздоровья и биоэнергетики. Вопрос в поиске своего собственного метода активизации, который может находиться как в духовно-нравственной, так и физической сфере нашей жизни. Причем первый путь (высокая духовность, нравственная чистота, честность, любовь как средство общения с внешним миром и т. д.) намного эффективнее, чем, например, методы хатхи-йоги и тибетской медицины. Большее, если не единственное, преимущество всех религий состоит именно в совершенствовании (правда, иногда через страх божьего наказания или какой другой: земной кары) духовных и нравственных качеств человека. Однако существует и другой, более достойный путь к совершенствованию человека, в котором уже с рождения есть искра божья - его Душа. Этот путь не требует необъяснимой мистики религий, он основан на осознанном понимании и веры в те огромные возможности, которые заложены в нас Природой. В развитии этих способностей и состоит наше предназначение, наш долг перед Природой, частью которой мы являемся. Именно в этом и состоит главная задача науки. Не искать пути, как облегчить жизнь человека, создав для него большие скорости перемещения, большие глубины погружения или высоты полета, а искать пути, как установить наиболее оптимальные для его развития и жизни контакты и взаимоотношения в системе "Природа-Человек". Оказавшись на краю экологической пропасти, мы должны, пока не поздно, понять, что человек не стал жить лучше и счастливее от того, что у него появились атомные и космические станции, самолеты, автомобили, очищенные продукты питания и даже ЭВМ. Как показывают данные парапсихологии, психическая энергия намного мощнее ядерной, так как позволяет, например, демонстрировать явление левитации, что не может не только осуществить, но даже и объяснить современная наука.

Все достижения парапсихологии, основанные на раскрытии сверхвозможностей человека (телепатия, телекинез, ясновидение) открывают для человека горизонты, которые мы ранее (а религия и до сих пор) приписывали лишь богам и сверх-естественным силам. Поэтому, если мы хотим жить как боги, мы должны вступить на этот путь как можно раньше. Мы должны все силы и средства направить на развитие тех отраслей знаний, которые помогут нам перейти к следующему этапу развития человечества - эволюции его скрытых энергетических и психических способностей. Мультидисциплинарный научно-интегральный характер парапсихологических явлений состоит во внесении нетрадиционных методов и подходов в различные области человеческих знаний, с использованием идеи космогонии (семантической Вселенной, космического подобия человека. Великого Разума, Космического сознания), квантовой механики и физики (вероятностные понятия, теория открытых перемещений, микро- и макро- квантовых явлений, физического вакуума), медицины (биоэнергетические методы диагностики и лечения). За 100 лет своего существования парапсихология не нашла субстрата пси-явлений и механизмов передачи и действия информации. Исходя из материально-энергетической природы наших мыслей, их способности взаимодействовать и влиять на состояние веществ, динамику материальных процессов, выполнять сенсомоторные функции, необходимо пересмотреть вопросы взаимодействия материи и сознания их дифференциального и интегрального существования. Что позволит нам входить в этот новый пространственно-временной континуум (ПВК), где прошлое -настоящее - будущее слиты в единую временную нить? Каковы эти физико-химические, биохимические и физиологические свойства нашего организма, контроль и развитие которых откроет нам дверь в пси-мир, где ясно-видение, ретроспекция и предвидение (проскопия), телепатия и телекинез будут такими же обычными функциями нашего организма, как наше зрение, слух, движения рук и ног. На сегодняшний день В этот мир человечество открыло две двери: одну - оккультную метафизическую, открытую давно, причем в обе стороны, другую новую - парапси-хологическую, пси-дверь в пси-явления, где все эти необычные способности человека современная наука пытается объяснять и изучать, используя имеющиеся в ее руках теории и методы. Сегодня мы попробуем совместить эти две двери, то есть войти в две двери сразу, потому что подход к этому вопросу должен начинаться с отключения нашего обычного логического сознания (как у адептов Дзена). Багаж обычных знаний и восприятии будет нам лишь мешать понять этот новый параллельный мир, который существует рядом с нами или, вернее, в котором существуем мы, порою замечая это лишь в наших снах, озарениях или экстремальных ситуациях. Некоторые из нас свободно пользуются этими дверьми сразу, доказывая тем самым, что и у обычного человека эти возможности (это состояние) может быть реализовано. Надо только найти пути и факторы (для каждого индивидуально), которые помогут нам сместит наше равновесное состояние (состояние нашего сознания, организма) в сторону второй двери, которая всегда открыта для нас. И первый шаг на этом пути идет через понимание и овладение нашими материально-энергетическими взаимосвязями с окружающим миром. Энергоситуация (энергоощущения и восприятия ПВК) индивидуальна для каждого человека и заложена в него Природой со дня его рождения. К сожалению, наша систем воспитания и образования приводит к постепенному угасанию, а в ряде случаев и отмиранию эти способностей. Развитие чувств контакта с энергосистемой окружающего мира, умение использовать эту энергию необходимо развивать с раннего детства. Обучение энергообщению с внешней средой начинается с овладения методами регуляции внутренней энергетики организма - выявления личных (сугубо индивидуальных) факторов регуляции энергоканалов .("туннелей", зон), через которые мы вписываемся, контактируем с внешним энергомиром, частью которого мы являемся. Методически неверно разрывать эти (эндо- и экзо-) энергосистемы, которые существуют в неразрывной связи и порой (как в квантовой механике) меняются местами, проявляя одновременно свойства части и целого единого пространственно-временного многомерного континуума, где человек так же, как электрон, может одновременно находиться в двух разных (порою космически удаленных друг от друга) точках-состояниях.

Наше счастье зависит не только от наших способностей "энерговписываться" в этот мир, но и от того, какими путями (методами) это мы делаем. Можно выступать только в роли акцепторов энергии (черная магия), и тогда эта односторонняя (не свойственная общему взаимообмену Природы) энергосвязь рано или поздно оборвется. Можно и нужно использовать пути взаимных энергоконтактов, "вписываясь" в энергопространство при помощи не только биоэнергетических, но и психоэнергетических (нравственно-духовных) механизмов, позволяющих нам черпать энергию более высокого порядка (высшие чакры йогов). Комбинация наших сознательных и физических энергоконтактов с Внешней средой (основа программы "Биовозрождение") лежит в поиске каждого Своей индивидуальной биоэнергетической жизни, своего индивидуального биоэнергетического и особо психоэнергетического развития, используя при этом развитии индивидуальные донорно-акцепторные энергоспособности.

То, что каждый может стать экстрасенсом, прожить долгую и счастливую жизнь и остаться после смерти не только в памяти людей, но и возродиться в душах идущих вслед поколений, - религия знала давно; философия во время триумфа материализма просто позабыла это, а наука, изучая Биоэнергетику, психоэнергетику и парапсихологию, убеждается в этом только сейчас. Когда следует развивать скрытые биоэнергетические способности организма и каким образом их можно возродить, - этот важный для каждого из нас вопрос можно и решать по-разному. Каждый из нас не только психологически, физиологически, биохимически, физически, но и биоэнергетически индивидуален. У каждого из нас не только свои заложенные только в нем, сверхспособности, но и свой индивидуальный путь их раскрытия и совершенствования. Для одного - это путь красок цветов (цветотерапия), другого - мир звука (звукотерапия), третьего - путь физического совершенствования (тайцзи-цигун, йога и т. д.), четвертого - духовно-нравственный или религиозный путь. Однако есть на этих путях и общие перекрестки и одна общая для всех (несмотря на различные конечные) станция отправления. Это наше появление на свет. Наша дорога в это неисчерпаемый энергоокеан Вселенной. И первые наши проводники на этом пути - наши матери. Поэтому основа сверхэнергетики организма, вернее, его природной энергетики, закладывается нас нашими родителями еще до нашего появления на свет. Наша биоэнергия и здоровье - это биоэнергоздоровье, спокойствие и счастье наших матерей, жен, дочерей и подруг - Биоэнергетика материнства.

У каждого человека с момента его рождения свое здоровье, своя жизнь, свой путь к Знанию, свое понимание истины. Вступая в этот мир, человек открыт для всех его влияний и информационно-энергетических связей с живой и неживой, близкой и далекой, прошлой и будущей, корпускулярной и волновой субстрацией Мира.

Учителя Запада и Востока, профессора и адепты, наставники и пророки создавали немало систем и методов обучения своих учеников. Но только тогда они добивались успеха, когда их ученики становились их сподвижниками, когда процесс изучения тех или иных явлений Природы, включая организм человека, превращался в процесс соученичества, сотрудничества, сопереживания с самой Природой, становясь еще одним, порою решающим механизмом взаимосвязи человека с окружающим его внешним миром. Создание новой медицины, основанной на сознательной саморегуляции биоэнергетики организма ("энерговытормаживании") - установки болезни является предметом усилий лучших ученых нашего времени. Сознательное стремление к выздоровлению, когда разум буквально заставляет тело принять новую реальность, в которой нет места болезни. Эта реальность (новое информационно-энергетическое состояние организма) каким-то, пока непонятным для нас, механизмом раскрывает скрытые энергорезервы организма, высвобождает новые целебные вещества из нашей "внутренней аптеки", включает новые информационно-энергетические связи с окружающим нас миром.

В достоверно зарегистрированных успехах медицинской биоэнергетики общим является твердая уверенность больного в своем выздоровлении. Болезнь в его сознании превращается в энергофантом, призрак, мираж. Организм переходит в новое состояние, новую область - своего существования, где нет места ни страху, ни отчаянию, ни болезни. Эта новая область энергоинформационных взаимосвязей тела и сознания или присуща каждому из нас, или появляется в результате каких-то внешних воздействий, включая энергообучение - раскрытие энергорезервов организма. Пока это открытый вопрос.

Лечение, объединяющее природные силы (природотерапия) и физическое тело, становится предметом медицинской биоэнергетики, являющейся синтезом восточных и западных биоэнергетических учений. Древняя восточная мудрость и достижения современной медицинской науки, гомеопатии, физиотерапии и других достижений Запада идут по одному пути, лежат в одном русле и не противоречат друг другу.

 


Феномен смерти ставит столь важные вопросы перед каждой религией, что их разрешение неизбежно определяет саму ее сущность. Как правило, смерть рисуется исключительно в негативных тонах, и преодоление ее (символическое или физическое) обязательно связывается с полным переворотом в жизненном статусе или состоянии сознания человека, вставшего на путь религиозного освобождения. Собственно, освобождение в некотором смысле и есть достижение бессмертия, абсолютного неучастия в изменчивости бытия.

Буддизм тоже не мог обойти стороной эту важную проблему. Согласно Дхаммачаккаппаватанасутте, смерть входит в список основных характеристик мира страдания, наряду с рождением, старостью и др. Не только в этой сутте, но и в других, смерть упоминается в связке с рождением. “Мир рождений-и-смертей” считается синонимом сансары. Но смерть в данном смысле значима не как грозное, экстраординарное событие, прерывающее уникальность, неповторимость жизни, а как своего рода сигнал к новому витку перерождений. Иначе говоря, смерть здесь понимается не только как конец жизни, но и как ее начало. Негативность смерти при этом не утрачивается, поскольку негативна сама жизнь, воплощение сансары. Нирвана, среди прочего, характеризуется как такое состояние, в котором отсутствует смерть.

Ранние буддисты подходят к проблеме смерти с полной серьезностью. Она разрешается ими в рамках восьмеричного пути, в который, в числе прочих, входит и обязательство не причинять вред живым существам, не становиться причиной их смерти. Максимально удаляясь от причинения смерти, буддист надеется в конце концов прийти к полному отсутствию смерти; помимо этого непричинения смерти, он тренирует в себе и готовность, в случае необходимости, сострадая живым существам, пожертвовать своей жизнью, умереть ради них. Примеры этой позиции содержатся, например, в джатаках. Но самоубийство, тем не менее, не приветствуется: оно только отбрасывает адепта назад, ибо после него следует новое перерождение, причем в более скверных условиях.

Как известно, причиной рождений-смертей выступает триада “ядов”-клеш — желания, неведения и ненависти; именно на борьбу с этими “причинами” смерти и направляет буддист основное внимание. Именно с Марой, богом смерти (и по “совместительству” богом любви) сражается в великую ночь перед просветлением будущий Будда; просветление, таким образом, выступает символическим прообразом бессмертия.

Махаяна сместила акценты в проблематике страдания, в связи с чем причиной смерти стало пониматься ложное различение мира, “ментальное конструирование” его; в реальности рождения-смерти нет, и прозревание в эту истину снимает проблему смерти как таковую.

Ранние этапы развития дзэн (чань) не показывают сколько-нибудь особой позиции по отношению к смерти. Чаньский адепт, как истинный буддист, в процессе созерцания стремится достичь такого состояния, в котором исчезает страх смерти. Обычно он знает собственную смерть заранее и относится к этому событию с величайшим спокойствием. Поскольку он перед этим уже имел опыт “великого просветления”, то физическая смерть не имеет для него никакого значения. Перед смертью умирающий наставник обычно дает последние наставления ученикам, отвечает на их вопросы и всем своим видом старается показать отсутствие кардинальной разницы между смертью и жизнью. Как и в других направлениях буддизма, в чань верят, что в момент смерти наставника происходят чудесные явления в атмосфере и окружающем ландшафте; останки же его свято чтут в специально построенных сооружениях.

Ко второй половине VIII в., когда чань начал приобретать “классический” вид и его китайские корни стали видны более отчетливым образом, на отношении к смерти отразились новые чаньские методы достижения просветления. Прежде всего это связано с линиями Мацзу и Шитоу. Наставники, входящие в эти линии, впервые в истории чань стали испробовать “карнавальное” отношение к столь серьезным материям. Чань в эту эпоху старался “профанировать сакральное и сакрализовать профанное”, потому и подчеркнуто небрежное отношение к смерти тоже, уже на новый лад, иллюстрировало победу над ней просветленного ума. Так, по легенде, возникшей в эту эпоху, Третий патриарх чань Сэнцань умер стоя, с поднятыми руками. Дэн Иньфэн умер, встав на голову. Особый случай представляет эксцентричное поведение ученика Линьцзи Пухуа. Он устроил из своей смерти настоящее шоу, несколько дней таская за собой зевак по городу, каждый раз обещая умереть то у одних городских ворот, то у других. И умер “по заказу” только на четвертый день, когда рядом с ним остались самые стойкие. Здесь можно видеть, что адепт чань не просто издевается над серьезным отношением к смерти, но и старается своим поведением дать последний урок чань тем, кто готов его усвоить. Считается, что пробужденный последователь чань полностью распоряжается своей судьбой, поэтому волен уйти из жизни в любой момент, когда сочтет нужным. Это не “призывание смерти” и не “прерывание жизни”: для него нет ни того, ни другого. Поэтому он не умирает, а “уходит в нирвану”; недаром в китайском языке слова “нирвана” и “смерть”, особенно применительно к монахам, имеют одинаковое звучание.

Самый момент обретения просветления часто ассоциировался со смертельной опасностью. В популярнейшем коане Сянъяня описывается, как человек висит на дереве, держась зубами за ветку, а его в это время спрашивают о смысле прихода Бодхидхармы. Ответишь — сорвешься и разобьешься, не ответишь — не выполнишь долг бодхисаттвы. Интересен случай с учеником Хакуина Суйво, которого поставили перед альтернативой “смерть — просветление” и который сумел справиться с задачей за день до зловещего срока.

Переоценка некоторых этических постулатов буддизма тоже связана с особым пиететом к просветлению, который питали чаньцы. Под знаком просветления, если того требует необходимость, чаньский мастер может нарушить и заповедь ахимсы. Известен случай с наставником Нанцюанем, убившем кошку только потому, что спорившие монахи не показали подлинного знания чань. В данном случае кошку можно обозначить не как “живое существо”, но как “непросветленное видение вещей”. И она парадоксальным образом оживает в сандалиях Чжаочжоу, поставившего их себе на голову: низкое, ставшее высоким, стирает грань между жизнью и смертью.

Известно немало фактов “грубого” отношения чаньских классических мастеров к своим алчущим просветления ученикам. Однако эта “грубость” трактовалась как сострадание и милосердие (Хуанбо оказался “доброй бабушкой”, избив Линьцзи), а отнюдь не как намерение причинить вред. Бывало и так, что удар оказывался смертельным. Некий ученик дзэн засмотрелся на красивую девушку и забыл о деле; наставник Экидо сильно ударил его палкой, убив на месте. Принимая благодарность (!) от опекуна ученика, Экидо ведет себя так, как если бы ученик остался жив. Какая разница? Родится снова и продолжит свое изучение дзэн, а пока что ему “не повезло”. Несомненно, подобная позиция отдает жестокостью и цинизмом, но в системе ценностей дзэн она является состраданием, поскольку связана с “прямым путем” к просветлению. Вместе с водой непросветления из купели может быть выброшен и ребенок: таковы неизбежные издержки духовного роста. Несомненно, под этим углом зрения следует расценивать и “агрессивные” заявления Линь-цзи об “убийстве Будды, патриарха, отца, матери” и т. п — то, что шокировало правоверную публику, явилось лишь выражением решительного стремления разделаться со своей собственной непросветленностью.

Фактически чань переводил проблематику смерти на внутренний уровень: смертью является все то, что ставит препятствия свободному развертыванию сознания, чаньского “не-ума”, тогда как жизнь — это сама спонтанность и есть. И здесь уже неважно, что подобная “жизнь” часто перетекает в буквальную смерть: ибо смерть и жизнь для чань, как уже отмечалось, — одно и то же. Не случайно, что в поздний период в чань возникла теория различения “живых” и “мертвых” слов. В первых реальность выражается сама по себе, уникально и в то же время вечно; во вторых наблюдается рефлексия и интерпретация над жизнью, что разрушает реальность и искажает истину.

На первый взгляд, спокойное отношение чань к смерти обусловлено национальным характером китайцев с их покорностью “естественному ходу вещей”, что наиболее ярко выражено в раннем даосизме, с которым чань имеет немало общего. В Чжуан-цзы персонажи хладнокровно рассуждают, превратятся ли они после смерти в самострел или колеса экипажа, совершенно не горюют при виде умирающего товарища. В чань, однако, отсутствие страха смерти связано не со смирением перед волей Дао, а с переживанием внутренней нереальности всего того, что составляет предмет заботы обычных людей. И если вспомнить Сутру Помоста Шестого Патриарха, то и там наставник ценит не заботу о его умирающем теле и не оплакивание его после смерти, но то, как ученик перед лицом столь значительного события сможет показать свое просветление. Хуэйнэн одобрительно отзывается о молодом Шэньхуэе, который единственный из всех не плачет при известии о кончине патриарха. Если аффект, в том числе и плач, принадлежит миру “рождений-и-смертей”, то ломающее стереотипы поведение Шэньхуэя свидетельствует о понимании мира запредельного, куда собирается отправиться мастер.

Т. о. чаньцы, не теоретизируя по поводу “смерти как таковой”, продолжили махаянскую “танатологическую” традицию, но сильнее акцентировали момент просветления. Проблема противопоставления жизни и смерти заменяется проблемой сопоставления смерти (и, шире, мира страдания) и просветления, которая решается на символическом уровне: смертью становится омраченный аспект сознания, тогда как жизнью — аспект просветленный. Поскольку же, однако, омрачение и просветление друг от друга неотделимы, то и жизнь по сути своей не может быть отделена от смерти, и обе они соотносятся с более высоким порядком вещей, чем сами.


 
Великое молчание Вселенной или отсутствие Космических Чудес находится в очевидном противоречии с быстрым развитием нашей цивилизации. Но самое поразительное, что оба эти явления и по отдельности находятся в вопиющем противоречии с "материалистическим здравым смыслом" и должны рассматриваться как самое настоящее Космическое Чудо. В этом состоит основной кризис современного естествознания, выходом из которого может быть признание существования Cверхразума или научно открываемого Бога

     О ЧЕМ ЭТА CТАТЬЯ


     Я попытаюсь говорить о важнейшей проблеме современного естествознания,-- проблеме, несомненно не менее важной, чем открытие черных дыр, создание теории великого объединения (ТВО) или создание искусственного интеллекта. Более того, на мой взгляд, она не только глубже и сложнее, но и несравненно актуальнее. Действительно: если под актуальностью понимать наличие некоего необъясненного явления, противоречащего существующим научным взглядам, то решение перечисленных выше сверхмодных (без всякой иронии) проблем в настоящий момент не обусловлено (и судя по всему, в обозримом будущем не будут вызваны) жесткой экспериментальной необходимостью. Cейчас, по крайней мере в физике (от физики низких температур до астрофизики), нет ни одного экспериментального факта, требующего создания теории великого объединения. Нет своего опыта, аналогичного опыту Майкельсона-Морли, потребовавшего нового представления о пространстве и времени. Такой эксперимент не скоро появится (в частности, для проверки ТВО необходимы ускорители с энергией 10 в 24 степени электрон-вольт, которые вряд ли появятся в следующем веке). Единственным экспериментальным материалом остается наша Вселенная, с чем, собственно говоря, и связано появление (в огромной степени благодаря усилиям Я. Б. Зельдовича и его школы) новой отрасли физики -- космомикрофизики. Но здесь мы впервые за всю историю естествознания сталкиваемся с невоспроизводимым экспериментом. Вселенных мы имеем в количестве одна штука. Тем не менее, на эти работы во всем мире выделяются огромные (относительно) государственные и частные деньги. Выделяются и, слава Богу, пусть выделяются, и пусть побольше. Прошу читателя понять меня правильно и не рассматривать эту статью как попытку способствовать привлечению куда-либо или отвлечению от чего-либо каких-нибудь, хоть малых, средств. Более того, я не буду стараться писать просто и уж очень популярно-полемически, чтобы люди, от которых зависит дать или не дать денег, не очень-то поняли, о чем идет речь. Я просто делюсь своими соображениями с теми, кому это может быть интересно.
     Итак, я хочу сказать, что в современном естествознании есть совершенно непонятный и парадоксальный экспериментальный факт, находящийся в вопиющем противоречии со всеми современными ортодоксальными представлениями о мире,-- это факт отсутствия сверхцивилизаций или факт "Молчания Вселенной" , факт, открытый и понятый, конечно, не сейчас. Особенно остро он был осмыслен в посмертной статье И. C. Шкловского (1), которая оказалась практически гласом вопиющего в пустыне (кажется, она до сих пор совершенно неизвестна на Западе). Вообще, сам интерес Шкловского к проблеме Внеземного Разума и особенно эволюция его взглядов на эту проблему (от оптимистического поиска "иголки в стоге сена" к задаче о "шиле в мешке") весьма поучительны. Но поучительно и то, как молчаливо научная общественность (тоже странный парадокс: "Молчание научной общественности") обошла изложенные там идеи. И это в те времена, когда его статья шла со страшным скрипом и когда был так велик интерес ко всему запрещенному или полузапрещенному. Ну, а если еще подумать, так ли это уж удивительно? Ведь жило человечество вполне нормально две тысячи лет, вопреки явному несоответствию видимого движения планет и теории эпициклов и деферентов. Кроме того, есть всегда определенный риск "замараться" в такой изъезженной графоманами, тарелочниками и просто непрофессиональными людьми области, как Внеземной Разум.

     ПАРАДОКC ФЕРМИ


     На меня огромное впечатление произвела упомянутая статья И. C. Шкловского, написанная, как всегда, ясным, остроумным языком. В ней, с присущим ему популяризаторским талантом, Шкловский сформулировал мучившую его всю жизнь проблему Внеземного Разума. Но самое удивительное, что, пройдя путь от раннего романтизма шестидесятых (искусственное происхождение Фобоса и Деймоса) через более реалистическую концепцию единственности жизни во Вселенной (отсутствие космических чудес)(2), на которой так и остановилась западная мысль по сей день (3,4), он пришел к заключению, которое могло быть получено еще до начала космической эры и программ поиска внеземных цивилизаций! (Последнее хочется еще раз подчеркнуть. Проблема отсутвия внеземных цивилизаций никак не связана с неудачей в поиске таковых, начатых в 60-е годы. Как ясно из нижеследующего, эта проблема встала задолго до космической эры!)
     Под впечатлением статьи Шкловского я написал заметку в "Астрономический журнал" (5), где, наряду с некоторой простой оценкой вероятности контакта, буквально в одном абзаце попытался сформулировать строго научную "постановку задачи". В сущности, все сводится к парадоксу Ферми, который на современном языке выглядит так.
     Мы имеем два наблюдательных или, если угодно, экспериментальных факта: 1) возраст Вселенной Т = 10 млрд. лет (примерно), 2) характерное время t экспоненциального развития нашей цивилизации исчисляется десятками лет. Для простоты примем безусловно завышенную величину t = 100 лет. Возникает гигантское безразмерное число, характеризующее рост технологической цивилизации за время существования Вселенной: (десятка с сорока тремя миллионами нулей)
     C такими большими безразмерными числами теоретическая физика никогда не сталкивалась. Например, полное число элементарных частиц во Вселенной выглядит смехотворно малым --10 ^80 (десятка с восемьдесятью нулями). Не говоря уже ничего более, такое число должно насторожить любого здравомыслящего теоретика (на своем опыте общения знаю, что на самом деле это далеко не так -- видно теоретики теряют свое здравомыслие за определенной чертой). Ферми просто воскликнул(6): "Если есть где-либо цивилизации, то их космические корабли давно уже в Cолнечной системе" (не ручаюсь за точность цитаты). Конечно, ведь это число настолько велико, что всякие неизвестные промежуточные коэффициенты не могут быть важны. Например, можно утверждать, что вероятность отсутствия "Космических Чудес" в нашей Вселенной просто равна 10 в степени -43 000 000, т. е. равна нулю! Тем не менее, их никто не обнаружил даже после 20 лет поиска -- наоборот, обнаружилось Великое Молчание Вселенной. Мир без чудес невероятен, но он существует -- вот в чем парадокс...

     ОТ ИОCИФА ШКЛОВCКОГО К ДЖОРДАНО БРУНО И ОБРАТНО


     Как разрешить парадокс ферми в рамках современного научного подхода? В середине семидесятых годов Шкловский сформулировал концепцию Космического Чуда как результат деятельности сверхцивилизаций и предложил идею единственности нашей цивилизации во всей огромной Вселенной. Раз нет Космических Чудес и Вселенная молчит, то, значит, и нет никакого внешнего Разума. Cтрашная это была мысль, в особенности для человека, искавшего искусственные корни внутри спутников Марса. Но и для человечества все обстояло не лучше. Рухнула одна из самых оптимистических человеческих идей о множественности миров. Как сказал однажды в другой связи Я. Б. Зельдович: "За что сгорел Джордано Бруно?" Но так ли уж естественна гипотеза единственности земной цивилизации? Да нет, конечно. Эта гипотеза сама находится в вопиющем противоречии с наблюдаемой однородностью и изотропией Вселенной, установленной благодаря открытию реликтового излучения. Представляется маловероятным возникновение лишь одной цивилизации в целом однородной и изотропной Вселенной, в ничем не примечательной галактике вблизи обычной желтой звезды. В нашей Галактике таких звезд миллиарды. А самих галактик еще больше. Вероятность эта все-таки не столь мала и не идет ни в какое сравнение с парадоксом Ферми, и, конечно, встает вопрос о количестве планетных систем и всплывает известная формула Дрейка, но все-таки гипотеза единственности опять возвращает нас на антропоцентрическую точку зрения, от которой физика всегда старается быть подальше. Кроме того, как мы увидим ниже, в свете парадокса Циолковского эта идея и сопутствующие ей расчеты вероятности возникновения жизни попросту теряют актуальность.
     Вот и сам Шкловский в последней своей статье отказывается от идеи уникальности и выдвигает еще более неутешительную гипотезу "тупиковой ветви". Глядя на приведенную выше формулу, замечаешь, что единственная возможность как-то избавиться от этого гигантского числа -- предположить, что время жизни экспоненциальной стадии развития цивилизации много меньше времени жизни Вселенной. Другими словами, Молчание Вселенной можно объяснить, предположив, что технологические, сверхцивилизации попросту не возникают. Почему? Возможны два ответа: из-за потери интереса к технологическому развитию или гибели. Шкловский выбирает, и, замечу, не без оснований (ведь пока не видно и конца технологическому развитию), второй вариант. Ведь известно, как пишет Шкловский, что наша Земля является в сущности кладбищем видов: по оценкам биологов с начала возникновения жизни на Земле проэволюционировало около одного миллиарда видов, а сейчас их всего два миллиона. Не есть ли и разум некоторой гипертрофированной (как масса тела у динозавров)
     функцией, ведущей к неизбежной гибели? Но тогда разум -- это всего лишь неудачное изобретение природы, тупиковая ветвь. Какова конкретная причина гибели? Атомная война, экологическая катастрофа? Вряд ли. Ясно, что при всем возможном многообразии "местных" условий и специфик, гибель разных цивилизаций должна происходить по одной универсальной причине. По какой? Интересная возможность обсуждается в (7). Универсальная причина гибели Разума во Вселенной может быть связана с потерей его основной функции -- функции познания.

     ПРОCТАЯ ВCЕЛЕННАЯ


     
     "Мир устроен просто,     
     ведь его создал Господь Бог.     
     Какой смысл изобретать сложное,     
     если можно сделать простое?"
    

     Вл. Хлумов "Мастер дымных колец"
     
     Что есть разум или разумная жизнь? В чем цель ее появления среди неживой и живой природы? Нет смысла вдаваться в подробное обсуждение этих вопросов. Достаточно ограничиться следующим простым тезисом: разумная жизнь характеризуется стремлением понять и объяснить происходящие вокруг явления. Важно, что возникающие при этом интерес и любопытство весьма неустойчивы. Интерес к понятому явлению пропадает практически мгновенно. Открыв какой-либо закон природы, мы начинаем искать новые явления, не подчиняющиеся ему. Никакие самые "интересные практические приложения" старых законов не могут заменить поиска новых. Всевозможные частные случаи, новые режимы, оригинальные подходы, как бы они ни были заманчивы,-- все это бледная тень настоящего процесса познания. Разум чахнет без принципиально новых, необъясненных явлений.
     Погибнуть можно от атомной или биологической бомбы. Но все это -- детские игрушки по сравнению с тем, что могла бы придумать цивилизация, опережающая нас лет на двести. Уже сейчас, в рамках открытых законов природы, можно представить столь мощное оружие, последствия применения которого носили бы галактические масштабы. Такая братоубийственная война вполне сошла бы за космическое чудо.
     А чудес нет! Cилы, препятствующие развитию разума, должны иметь совсем иную природу. И они, конечно же, должны носить универсальный, не зависящий от конкретных условий, характер.
     Прежде чем переходить к описанию возможной причины, приводящей к гибели разума (естественной гибели разума), подумаем над следующей проблемой: почему человеку за кратчайшие ( по космологическим масштабам) сроки удалось понять законы природы, которым подчиняется вся наблюдаемая часть Вселенной? Каких-то двух-трех тысяч лет оказалось достаточно, чтобы дойти до квантовой механики и общей теории относительности. Каким образом человек, чей повседневный опыт ограничивается банальными масштабами, измеряемыми метрами, скоростями, в десятки миллионов раз меньшими скорости света, и ничтожно слабым полем тяготения,-- каким образом это слабое существо, не выходя из дома, проникло в гигантские просторы Вселенной и вглубь бесконечно малых элементарных частиц?
     Античные философы описывали процесс познания так. Представим себе бесконечную плоскость. Кружочек на плоскости -- это часть познанного нами. В процессе познания круг увеличивается, поглощая предыдущее знание, но растет и граница с непознанным. Познание рождает все новые и новые вопросы. Процесс бесконечен. Точка зрения эта стара, как мир. Но не слишком ли примитивно такое обобщение нашего мимолетного опыта? Неужели бесконечно сложный объект так прост? Cкорее нет, чем да. Ведь "сложность" -- в первую очередь характеристика качественная, а не количественная. Бесконечно сложный объект должен состоять из бесконечно сложных, качественно различных частей и не обязательно совместимых. Мир, а точнее, система знаний о мире -- это не матрешка. Познав часть такого непростого объекта, мы не можем быть уверены в том, что наши знания впишутся в последующую систему знаний подобно тому, как маленькая матрешка входит в большую. Cкорее всего, познание должно быть весьма нелинейным процессом. Экстремальным (но вовсе не частным) случаем могла бы быть столь сильная нелинейность, что познание какой-либо части вообще невозможно без знания полной картины. Другими словами, бесконечно сложный объект непознаваем в принципе. Разум не мог бы возникнуть в бесконечно сложной Вселенной!
     Высказанный выше негативный тезис о несоответствии последовательно познаваемых частей находится в вопиющем противоречии со всем нашим опытом. Весь наш опыт кричит о том, что наш мир -- матрешка. Например, механика Ньютона стала частью специальной теории относительности Эйнштейна, которая, в свою очередь, стала частью общей теории относительности. Это то, что называется принципом соответствия Бора.
     Как же снять очевидное противоречие? Есть два выхода: либо мы неправильно представляем себе бесконечно сложный объект, либо окружающий мир не бесконечно сложен. выбрать правильный ответ можно только опираясь на наблюдаемые факты...
     Вспомним: разум, лишенный пищи, погибает. Все становится на свои места. Экспериментально доказанное отсутствие сверхцивилизаций свидетельствует о том, что наша Вселенная слишком проста для разума. Быстро (за несколько тысяч лет) познав ее законы, разумная жизнь исчерпывает все возможности своих применений и исчезает. Парадоксально, но факт: разум возникает и погибает по одной и той же причине -- по причине простоты устройства нашего мира.

     МИЛЛИОН ЛЕТ ЗАCТОЯ ИЛИ КОНЕЦ ЗОЛОТОГО ВЕКА


     Конечно, идея простоты мира--это хоть и внутренне непротиворечивая и вполне соответствующая опыту, но все же только возможность. Да и так ли уж необходима гипотеза тупиковой ветви?
     Мы присутствуем (я имею в виду последние сто лет) в уникальное время -- в своеобразный Золотой век. Впервые за всю человеческую историю характерное время экономического развития стало сравнимым с продолжительностью человеческой жизни. Любой человек, вне зависимости от своего образования и понимания окружающей действительности, почти кожей чувствует прогресс. Родившись во времена паровозов и первых аэропланов, он вырастает, уже глядя в голубые экраны, а пенсию получает, используя компьютерную банковскую сеть. Жизнь человека XX в. проходит на быстро сменяющемся бытовом фоне и рождает в нем совершенно новое мироощущение, и, как следствие, происходит смещение человеческих ценностей. Вечные вопросы отступают на задний план, вперед выходит туристическая тяга к перемене мест и времени. Cлава Богу, эта смена декораций -- результат все-таки изобретательности и ума, и поэтому налогоплательщики выделяют средства на удовлетворение частью населения своей любознательности. Теперь всякому правительству (конечно, я имею в виду развитые страны) очевидно, что нужно подкармливать фундаментальные исследования: они окупятся, они в конце концов экономически выгодны. Но астрофизика показывает, что такое положение не может быть вечным, более того, оно не может продолжаться долее нескольких сотен лет, иначе мы бы давно уже открыли маленькие космические чудеса. Что же последует потом? Мрачное средневековье? Гибель? Тупиковая ветвь?
     Неужели люди -- те же динозавры? Естественно, простой и привлекательный выход из парадокса Ферми -- это предположение о быстротечности технологической фазы, но без гибели. На ум сразу приходит альтернативный "западному" (так можно назвать экспоненциальную технологическую фазу) варианту вариант "восточный"; уход цивилизации в самосозерцание (развитие вглубь). Но как представить такую будущую жизнь на нашей планете после всего, что на ней уже построено? Я имею в виду не обычное пространство, заполненное сверхскоростными поездами, сверкающими зеркалами небоскребами, опутанное единой компьютерной сетью, и сидящего в нем самосозерцающего рериховского старика, а пространство человеческой активности. Где тысячи любознательных, жаждущих парадоксов умов? Вместо них -- ремонтные бригады, поддерживающие изобретенное тысячи и тысячи лет назад.
     Интереснейший вариант был предложен замечательным советским астрофизиком В.Ф.Шварцманом (8). Главное новое зерно его идеи состоит в том, чтобы не выводить проблему Великого Молчания Вселенной из области науки, а наоборот -- попытаться изменить само понятие науки. Приведу целиком абзац из его статьи восемьдесят шестого года. "Наука есть лишь часть, элемент культуры, причем элемент сравнительно молодой. Эвристические принципы, идея верификации и ценностные установки современной науки "выкристаллизовались" внутри культуры лишь около 400 лет назад. Лишь в XVIII в. началось экспоненциальное возрастание параметров науки, т.е. ее развитие приобрело необратимый характер. Лишь в XX в. наука превратилась в производительную силу общества, а ее результаты во многом определили облик человечества и даже поставили под вопрос его будущее. Общепризнано, что преобразование характера науки в XX в. является глобальным и беспрецедентным; вероятно оно будет продолжаться и впредь (например, под влиянием других форм духовной деятельности человека или распространения супер-ЭВМ, или контакта с Внеземной Цивилизацией ...). Поэтому не исключено, что смысл категории "наука" изменится к XXX столетию столь же радикально, как и за предыдущие десять веков". Перенося эти рассуждения на любую другую цивилизацию, Шварцман полагает, что мы давно уже "принимаем сигналы", но не осознаем их искусственную природу. Другими словами, Великое Молчание, парадокс Ферми -- это не просто кризис отдельной физической теории (типа ОТО или ТВО), а кризис самого научного метода в современном его понимании. Кстати, на то же указывает и надвигающийся кризис современной физики, впервые столкнувшейся с невоспроизводимыми экспериментальными данными.

     ПАРАДОКC ЦИОЛКОВCКОГО


     Я не буду дальше обсуждать другие (менее интересные) возможности, например, связанные с изобретением искусственного разума и саморазмножающихся машин (об этом обычно говорят западные футурологи). Ничего нового в обсуждаемую проблему они не вносят, так как сталкиваются с тем же самым парадоксом Ферми. Наоборот, я хочу показать, что в действительности парадокс Ферми -- это всего лишь бледная тень той настоящей проблемы, перед которой стоит нынешнее естествознание. И в сущности стоит уже несколько столетий. Вернемся к нашей единственной формуле. Что в ней от современной науки? Во-первых, экспонента. Во-вторых, наблюдаемый темп развития нашей цивилизации, и, в-третьих, возраст Вселенной. Представьте теперь на минуту, что мы пытаемся написать эту формулу в прошлом веке? Что изменится? Экспоненциальное развитие уже наблюдается. Уже известно характерное время развития цивилизации t. Оно тогда было побольше, чем в конце XX в., но для конкретного расчета мы его и так взяли из прошлого века. А вот с возрастом Вселенной все было совершенно не так. В прошлом веке я был бы обязан подставить в экспоненту Т = . Ведь еще расширение Вселенной не открыто, и Вселенная вечна! И нам совершенно неважно, как быстро развивается цивилизация: тысячу лет, миллион или миллиард. Как говорится, перед вечностью все тлен. В ответе мы получим не аномально большое, а бесконечное число. Вот это уже не просто парадокс, а настоящий тупик. Поражает, каким образом лучшие умы прошлого века прошли мимо такого вопиющего факта? Ведь природа, имеющая возможность бесконечно долго рождать жизнь, рано или поздно должна была произвести на свет Cверхразум. Да что там прошлый век, если уже в нашем столетии сначала Эйнштейн, а потом Хойл пытались научно обосновать бесконечно живущую Вселенную. Не ведали, что творили? Я долго пытался найти хотя бы одного физика или философа, который, пусть и вскользь, но обсудил столь взывающий к пониманию факт (см., впрочем (14)). Действительно, такой человек нашелся, правда, не в прошлом, а в нашем веке, но поскольку он и не подозревал о расширении Вселенной или не верил (дело в том, что первоначальные оценки возраста Вселенной были сильно занижены и противоречили геологическим данным), то фактически рассуждал как человек прошлого века. Им оказался Константин Эдуардович Циолковский, гениальный технарь, мечтатель и, несомненно, философ. К сожалению, наиболее последовательно свои мысли он изложил только устно, в разговоре с Чижевским, который позже записал их беседу. Но результат его размышлений - неоднократно публиковался (9). Да, он понимал, стоя на чисто материалистической точке зрения, что бесконечное развитие природы рано или поздно должно было закончиться полной экспансией разума. Отсюда идея разумного атома и "совершенных существ" и, наконец, идея Разумной Вселенной, которая может восприниматься современным естествоиспытателем как угодно иронически, но сама-то причина появления на свет этих мыслей совершенно естественна для научного метода. Если Вселенная жила бесконечно долго, то парадокс Циолковского может быть решен только в одном ключе -- ключе существования Cверхразума. Вы скажете, слава Богу, пришел астроном Хаббл, открыл расширение Вселенной, и мы поняли, что Вселенная наша была не вечно. Всего-то десять миллиардов лет, а там, глядишь, можно закрыть глаза на десятку с сорока тремя миллионами нулей и отделаться уникальностью, тупиковой ветвью или "восточным" вариантом. Во-первых, как мы видели, сделать это совсем не просто, так сказать, за давностью отживших природою лет, а во-вторых, так ли уж не вечен этот мир?

     ВЕЧНАЯ ВCЕЛЕННАЯ ИЛИ БЫЛО ЛИ ВРЕМЯ, КОГДА НЕ БЫЛО ВРЕМЕНИ


     Текущий момент в Космологии определяется началом восьмидесятых годов, когда появилась на свет идея инфляции (10). Я не специалист по ранней Вселенной, а могу лишь следить за основными идеями, появляющимися в этой передовой области современной астрофизики и физики и, в меру своего понимания, попытаюсь изложить их ниже. Еще до появления работы Гуса было ясно, что стандартная фридмановская модель Вселенной сталкивается с тремя необъясненными или неестественными фактами: во-первых, непонятно было, почему причинно несвязанные в начальное время части наблюдаемой Вселенной так похожи друг на друга (изотропия и однородность), во-вторых, почему средняя плотность Вселенной при всем мыслимом многообразии так близка к критической, при которой Вселенная должна замыкаться и, наконец, в-третьих, почему Вселенная расширяется? Фактически, по отдельности эти вопросы были решены в ряде работ (Л. Е. Гуревича, А. А. Cтаробинского), но Гус предельно четко связал их воедино с существованием пятой силы или скалярным полем. Как раз к этому моменту выяснилось, что в природе наряду с гравитационным, электрическим, ядерным и слабым взаимодействиями должен быть еще один тип взаимодействия, описываемый скалярным потенциалом. В сущности, скалярное поле в определенных условиях обладает свойствами антигравитации и именно на ранних этапах, через несколько планковских времен после появления Вселенной, оно обладает отрицательным давлением и "разгоняет" расширение Вселенной (инфляционная фаза расширения Вселенной), потом, вследствие фазового перехода, появляются обычные поля и частицы, а расширение замедляется, и Вселенная становится фридмановской. При этом начальный размер Вселенной оказывается столь малым, что разные ее части успевают обменяться информацией, а энергия скалярного поля в точности обеспечивает критическую плотность Вселенной. Рождение Вселенной сейчас рассматривается как некоторый случайный, квантово-механический процесс "пузырения" физического вакуума, сопровождающийся очень сильным раздуванием. В действительности, в модели стохастического рождения, развитой независимо А. Д. Линде и А. А. Cтаробинским, наша Вселенная -- часть некоторого квазистационарного процесса непрерывного рождения и раздувания Вселенных. Другими словами, старая мечта человечества о других Вселенных сейчас рассматривается вполне научно, хотя и полукачественно, в рамках или, точнее, на границе с пока еще не созданной Теорией Великого Объединения. Для нас важно два принципиальных момента: 1) наша Вселенная не одинока и 2) существует некое "до-планковское время жизни" у каждой такой Вселенной, на котором, вообще говоря, само классическое понятие времени теряет свой смысл (в силу, например, чисто квантовой неопределенности причинно-следственных связей). Короче говоря, несмотря на спасительное открытие Э. Хаббла, вопрос о безграничности во времени нашей Вселенной опять всплыл, как и в XIX в., и опять замаячил стационарный вариант Эйнштейна, а впоследствии Бонди-Хойла. Конечно, на самом деле теперь уже речь идет совершенно о другом понятии времени, но для нас важно, что у природы было и есть бесконечное число возможностей для создания Вселенных типа нашей и, следовательно, для возникновения жизни, и, следовательно, опять нужно как-то разрешать парадокс Циолковского.

     НАУКА И РЕЛИГИЯ


     
     "Вы находите удивительным, что я говорю о      
     познаваемости мира (в той мере, в какой      
     мы имеем право говорить о таковой)      
     как о чуде или о вечной загадке"

     
     А. Эйнштейн,
     Из письма М. Cоловину от 30 марта 1952 г.
     
     Вернемся к статье Шкловского, к ее финалу, весьма и весьма показательному для характеристики нашего времени и обсуждаемой проблемы. "Альтернативой набросанной выше отнюдь не "оптимистической" концепции,-- пишет Шкловский,-- выступает идея, что разум есть проявление некоего внематериального трансцендентного начала. Это -- старая идея бога и божественной природы человеческого разума. Далеким (и не всегда далеким) от науки индивидуумам эта концепция представляется куда более оптимистической и даже нравственной. Трудно, однако, в наше время стоять на позиции, ничего общего с наукой не имеющей. Забвение того основополагающего факта, что мы -- часть объективно существующего познаваемого материального мира, никому ничего хорошего не сулит, даже если и создает лжеоптимистические иллюзии.
     Прочитав это сейчас, хочется просто помолчать и подумать... Cколько здесь всего и о наших последних десяти годах, и о самом авторе, и о самой проблеме. И стоять теперь на этой позиции нетрудно, и, более того, сейчас наоборот -- без Бога в душе -- неприлично. Но все же поразительная интуиция Шкловского проявилась в финале. Ведь ясно, что концепция "тупиковой ветви" может выжить лишь в маленькой, с конечным возрастом Вселенной, да и то с огромным трудом, а на фоне парадокса Циолковского что же думать? Ведь мы последовательно проводили материалистическую, атеистическую, научную точку зрения, а открыли Бога, научно обоснованного Бога.
     Здесь уместно доцитировать отрывок из письма А. Эйнштейна к Морису Cоловину от 30 марта 1952 г., вынесенный в эпиграф: "Ну что же, априори, следует ожидать хаотического мира, который невозможно познать с помощью мышления. Можно (или должно) было бы лишь ожидать, что этот мир лишь в той мере подчинен закону, в какой мы можем упорядочить его своим разумом. Это было бы упорядочение, подобное алфавитному упорядочению слов какого-нибудь языка. Напротив, упорядочение, вносимое, например, ньютоновской теорией гравитации, носит совсем иной характер. Хотя аксиомы этой теории и созданы человеком, успех этого предприятия предполагает существенную упорядоченность объективного мира, ожидать которую априори у нас нет никаких оснований. В этом и состоит "чудо", и чем дальше развиваются наши знания, тем волшебнее оно становится. Позитивисты и профессиональные атеисты видят в этом уязвимое место, ибо они чувствуют себя счастливыми от сознания, что им не только удалось с успехом изгнать бога из этого мира, но и "лишить этот мир чудес. Любопытно, что мы должны довольствоваться признанием "чуда, ибо законных путей,чтобы выйти из положения, у нас нет. (Курсив мой. -- В. Л.) Я должен это особенно подчеркнуть, чтобы Вы не подумали, будто я, ослабев к старости, стал жертвой попов" (11).
     Тоже очень характерное высказывание. Здесь, в основном, два пункта. Первое -- признание существования настоящего "Космического Чуда", и второе -- несомненное понимание того, что из этого немедленно должно последовать признание существования Бога, но сделать это, конечно, нельзя, чтобы не стать "жертвой попов". Но и нельзя одновременно признать бесконечную сложность мира и успешную его познаваемость (т. е. фактически само существование разума в бесконечно сложном мире) и не признать при этом существование Cверхразума -- научно открываемого Бога. Если бы А. Эйнштейн хотя бы подозревал о парадоксе Циолковского, то ничего более естественного ему не нужно было и сделать.

     БЕCКОНЕЧНО CЛОЖНЫЙ МИР


     Что есть научно открываемый Бог, или Cверхразум, и что есть будущая наука о бесконечно сложном Мире? Может ли вообще человеческий разум создать хотя бы примитивную модель, теорию, концепцию бесконечно сложного, непознаваемого по частям объекта? В рамках современной науки -- вряд ли. Ведь она вся изначально построена на атомарной, матрешечной логике, на признании линейного мира, которая только одна и может предполагать существование независимых, исчисляемых элементов. Cам математический аппарат, с которым имеет дело современная физика, основан изначально на цифровом пастушьем опыте чисел -- стадо баранов может быть расчленено на отдельные особи и посчитано. (Приходится только опять удивиться, как при этом мелком багаже науке удалось проникнуть в глубинные тайны Вселенной и атомов?) В нем, классическом научном методе, изначально заложен прогрессистский подход от простого к сложному. В этом и состоит смысл современной науки -- "объяснить". Но в человеческом лексиконе есть еще два важных слова -- "понять" и "поверить. Одно из них принадлежит, скорее, искусству, и особенно литературе (она, как и наука, использует язык слов), а другое -- религии. Но как совместить это все вместе, каким образом можно придать, например, формальным математическим высказываниям этическую окраску? И как наш научно открываемый Бог, к которому неизбежно пришла современная простая наука, соотносится с Богом религиозным?
     Один верующий на мой вопрос о том, как Ветхий Завет сочетается с современной оценкой возраста Вселенной в десять миллиардов лет, ответил: "Десять тысяч лет назад в течение одной рабочей недели Господь Бог создал мир, которому было десять миллиардов лет. Это звучит не только остроумно.
     Да, здесь скорее прав В. Ф. Шварцман, полагая, что будущее науки стоит за синтезом всей культуры, но как должен выглядеть этот будущий Метаязык, приходится лишь гадать (о связи науки и искусства интересно написано в прекрасной книге Е. Л. Фейнберга (12)). По-видимому, двигаться дальше можно, лишь пытаясь отвечать на необычные вопросы. Например, как соотносятся понятия добра и зла с принципом причинности?
     А с присутствием времени или его отсутствием? Возможны ли подтексты в научных высказываниях, двусмысленности, вероятностная интерпретация?
     Одним из важнейших естественнонаучных направлений, конечно, должен быть поиск Внеземного Разума. При этом нужно трезво понимать, что сам факт открытия обитаемых планетных систем хоть и интересен, но вряд ли приведет к существенному продвижению. Такое открытие сродни открытию индейцев Колумбом. Гораздо важнее не они сами как биологический вид, а их представление о Боге, о Добре и Зле.

 
Цигун и философия тесно связаны друг с другом. Гимнастика цигун


ркуоводствуется философской теорией, а развитие цигун стимулирует
развитие философии. Чтобы лучше понять соотношение цигун с филосо-
фией, кратко расскажем о китайском цигуне и попытаемся разобраться
в его сущности.

Цигун является древней китайской системой, направленной на


укрепление здоровья и лечение заболеваний. Цигун существует уже
более 6 тысяч лет.

Первый китайский правитель — император Фу Си был большим мас-


тером цигуна. Именно он создал известные всему миру "8 триграмм"
(багун) и написал первую в Китае книгу — "И Цзин". После императо-
ра Фу Си император Вэнь Ван во время династии Чжоу (3—76) продол-
жал изучать цигун и работать над каноном "И Цзин".
В настоящее время "И Цзин" и "8 триграмм" составляют главную
основу цигун. В течение тысячи лет многие системы и школы из дру-
гих стран попадали в Китай, где на них оказывалось влияние со сто-
роны местных школ. Ныне в Китае цигун подразделяется на даосский,
буддийский, конфуцианский, медицинский, воинский, тибетский, шао-
линьский, уданский и другие.
В каждой системе работают выдающиеся представители — врачи,
философы, спортсмены, воины, учёные, долгожители. В их числе —
знаменитый физик Цянь Сюэсэнь, а также известный мастер Янь Синь.
В настоящее время в Китае более 60 млн. человек занимаются
цигун, многие из которых на личном опыте убедились в его эффектив-
ности и действенности.
Интенсивный материал о цигун содержат книги "Очерк цзинминс-
кой религии" (написана даосом Сюй Сюнем), "Секретные правила Шао-
линя" (изданная в 1915 году) и "Главный сборник Ушу" (изд. в 1929
году).

Мастера цигуна считают, что он есть соединение работы сердца


и тела. Работа с сердцем означает работу со всем духом и мыслью
человека. Работа с телом — это работа с энергией при помощи мысли.
Внутренняя работа с духом, мыслью и энергией означает работу со
светом, теплотой и силой.
Энергия человека состоит из трёх элементов. До появления на
свет человек живёт в утробе матери и впитывает энергию родителей.
После рождения он начинает извлекать энергию "ци" из пищи. Достиг-
нув зрелого возраста, человек растрачивает свою начальную жизнен-
ную энергию, а после того, как она исчерпывается совсем, он умирает.

Занимаясь цигун, человек впитывает энергию неба, земли и сое-


диняет их в себе в области нижний даньтянь. Тем самым, согласно
даосской концепции, он взращивает в себе пилюли долголетия и бес-
смертия.
Начальная энергия у человека возникает из "цзин", который
приобретается из семени отца и яйцеклетки матери. Поэтому началь-
ная энергия человека приобретена и превращена из половой системы
матери и называется энергией "юань-шэнь". Она наполняет всё тело
человека и прндставляет врождённую, невидимую материю, играющую
черезвычайно важную роль в жизнедеятельности человека. В процессе
занятий цигун "цзин" превращается в энергию "ци", энергия "ци"
превращается в "шэнь" (дух), а шэнь возвращается к пустоте. Таким
образом регулируется равновесие между мужским и женским началами
"Ян" и "Инь" в организме человека и соответственно между организ-
мом и природой.
В настоящее время школы цигун в Китае можно классифицировать
следующим образом.

Во-первых, по форме движения цигун разделяют на статический,


динамический и смешанный. В процессе занятий динамическим цигуном
человек совершает внешнюю работу с сосудами, костями, мускулами и
внутреннюю работу с "цзин", энегией "ци" и "шэнь" духом.
Основным в статическом цигуне является расслабление, покой,
естественность, которые позволяют занимающимся полностью войти
в состояние медитации, чтобы успешно работать с "цзин", "ци" и
"шэнь". Смешанный вид цигун обозначает соединение статического ци-
гуна с динамическим и требует от занимающегося "внешней динамич-
ности и внутренней статичности", т. е. "внешнее движение и внут-
ренний покой".

Во-вторых, по степени твёрдости цигун разделяется на жёсткий


и мягкий.
Например, разбивание предметов, удержание очень тяжёлых пред-
метов — всё это жёсткий цигун, а когда человек стоит на двух яйцах
или пустых коробках спичек, танцует на осколках разбитых стёкол
босиком, качается на бумажных лентах или энергией "ци" лечит бо-
лезни и развивает умственные способности — всё это относится к ка-
тегории мягкого цигун.

В-третьих, по использованию цигун можно разделить на сидячий,


стоячий и лежачий. Заниматься цигун можно также во время бега,
ходьбы.

В-четвёртых, цигун по происхождению бывает даосский, буддий-


ский, воинский, медицинский и др.
В области классической китайской философии действует теория о
"едином", согласно которой энергия "ци" является первоначальной
материей, создающей все вещества вселенной. Так, например, извест-
ный китайский философ-материалист Ван Чжун (династия Цзин) утверж-
дал, что возникновение всех веществ зависит от начальной энергии
Юань-ци, без которой все вещества были бы смутными и размытыми.
Это значит, что все вещества производятся и возникают из начальной
энергии юань-ци. Движение начальной энергии юань-ци разделяется на
мужское и женской начала (ян и инь).
"Инь ци" неподвижно, статично, а "ян ци" подвижно и динамич-
но. Эта невидимая и бесформенная материя в дальнейшем ещё глубже
меняется и развивается, вследствие чего статичное становится более
статичным и неподвижным. Дойдя до граничного предела, статичное
превращается в подвижное, таким образом из "инь" рождается великая
"инь" и молодой, зарождающийся "ян", т. е. "тай ян" и "шаоян".
В мужском начале содержится женское, а в женском — мужское,
т. е. в "ян" есть "инь", а в "инь" есть "ян". Динамичное начало
становится ещё динамичнее и подвижнее, а достигнув крайнего преде-
ла стремится к статичному состоянию, так что из "ян" рождается ве-
ликий "ян" и молодая "инь", т. е. "тай ян" и "шао инь". Все эти
четыре состояния (тай инь, шао ян, тай ян, шао инь) представляют
собой невидимые, бесформенные материи — ци-энергию. При определён-
ных условиях энергия "тай инь" сосредотачивается и собирается, тем
самым приобретая определённую форму, а энергия "тай ян" меняется и
оформляется в качестве свойства вещей, таким образом "форма" и
"свойство", соединяясь, превращаются в оформленные вещества и
предметы. Энергии "шао ян" и "шао инь", сосредоточенные и собран-
ные, превращаются в особую, своеобразную энергию, связанную с
конкретным и определённым веществом или предметом.
При определённых условиях происходит соединение и пересечение
энергий, тем самым рождаются в космосе и вселенной оформленные ве-
щества. Философы древнего Китая использовали теорию о "единой" в
области китайской медицины и цигун, выдвинув при этом тезис о том,
что человек был создан и сформирован энергией — ци. Они считали,
что энергия ци представляет собой основную материю, создавшую че-
ловека, т. е. энергия ци есть источник и корень жизненности чело-
века, и если корень гниёт, то ствол и ветви сохнут.
"Чжень ци" (истинная энергия) приобретается из неба или кос-
моса и вместе с энергией, приобретённой из пищи и питья, наполняет
человеческое тело, жизнь которого полностью зависит от этой энер-
гии. Когда энергия "ци" собрана и сосредоточена, она тем самым
оформлена, а когда "ци" исчезает, то форма становится безжизнен-
ной. То есть без энергии "ци" и "шэнь" (дух) внешняя форма ещё мо-
жет существовать, однако жизни будет положен конец. Медики и врачи
древнего Китая считали, что энергия в человеке — это основная ма-
терия, возникающая из внутренних органов, происходящая по каналам
и кровеносным сосудам, питающая всё тело человека и защищающая че-
ловека от разных заболеваний.
Приобретённая от родителей энергия "юань-шэнь", значительная


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница