Цивилизационный контекст развития посткоммунистических обществ



страница1/3
Дата23.02.2018
Размер70.5 Kb.
  1   2   3

Цивилизационный контекст развития посткоммунистических обществ.

О.И.Шкаратан




Моно- или мультилинейность развития современного мира

Монолинейность и мультилинейность - два основных концептуальных подхода к оцениванию процессов в современном мире. Принятие идеи унитарности/безальтернативности исторического процесса было тесно увязано с европоцентристским подходом к истории человечества. И на марксистское, и на либеральное отрицание мультилинейности развития конкретных обществ решающее влияние оказала гегелевская схема «ступенчатого» развития истории к единому для всего человечества идеалу. Правда, знакомство Маркса с историей стран Востока и России привело его к сомнениям относительно универсальности европейской схемы смены формаций (первобытный коммунизм – рабовладение – феодализм – капитализм – коммунизм).

В либерализме обоснованием безальтернативности пути развития служит ныне классическая теория модернизации (У.Ростоу, Т.Парсонс). Либеральный унитаризм предполагает мир как иерархическую систему, где страны мира делятся на «эшелоны» как ушедшие вперед, так и следующие в фарватере, стремящиеся догнать находящихся впереди. Правда, «догнать» у подавляющего большинства так и не получается.

Наряду с унитаристским подходом, в соответствии с которым процессы развития отдельных социально-исторических организмов (в современном мире обществ – государств) образуют единый процесс истории человечества, существует и мультилинейный (плюралистский). Суть его заключается в том, что человечество представляет собой совокупность относительно автономных образований, каждое из которых имеет свою собственную историю, свои этапы становления, развития и увядания. На смену погибшим историческим организмам и цивилизациям приходят новые, совершающие свой собственный цикл развития.

Одним из первых сторонников плюралистического подхода был выдающийся русский ученый Н.Я.Данилевский автор знаменитой книги «Россия и Европа. Взгляд на культурные и политические отношения Славянского мира к Германо-Романскому (1869г.) [Данилевский 2003]. Именно Данилевскому принадлежит мысль о том, что среди факторов, обусловливающих мультилинейность исторического процесса и многообразие форм развития общества, особая роль принадлежит тому или иному типу цивилизации. По его мнению: «Цивилизация есть понятие более обширное, чем наука, искусство, религия, политическое, экономическое и общественное развитие, взятые в отдельности, и цивилизация все это в себе заключает. Я говорю, что даже и религия есть понятие, подчиненное цивилизации». [Данилевский 2003, с.129] Он не критиковал западноевропейскую культуру, но отрицал представление о ней как о едином и единственном типе культуры, он воспринимал себя стоящим на почве иной культуры, равноправной и равноценной европейской [Данилевский 2003].

Кстати говоря, такой подход был органически присущ китайским интеллектуалам, развивавшим его одновременно с Данилевским и независимо от него. Поиск собственной «самобытной» национальной модели развития еще во второй половине Х1Х в. привел определенную часть китайских мыслителей и политиков к идее необходимости сочетания заимствований западной техники, методов производственного управления и т.д. с сохранением ядра национальной культуры. Значительно позднее в оригинальном китайском учении – маоизме нашли воплощение существенные черты модернизирующихся цивилизаций, создав пространство для национальных концепций развития.[Виноградов 2008]

Уже в ХХ веке получили широкую известность построения таких сторонников исторического плюрализма как О.Шпенглер, А.Дж.Тойнби, Л.Н.Гумилев, С.Хантингтон и другие.

Признание параллельного развития стран разной цивилизационной принадлежности не означает отрицания универсальности технологий жизни в самом широком смысле этого понятия. В то же время следует принять во внимание, что институциональные и ценностно-нормативные системы, задающие саморазвитие социальным организмам, свойством универсальности не обладают. А соответственно и базирующиеся на них цивилизации, и охватываемые последними нации – государства мультилинейны в своем развитии [Шкаратан 2004].

Существующее ныне в мире разнообразие линий общественного развития в конечном итоге основывается на различиях двух доминирующих типов цивилизации, которые условно можно именовать "европейским" и "азиатским". Первая идет от античного полиса, это цепочка обществ, ко­торые характеризуются частной собственностью, балансом отношений "гражданское общество - государственные институты", развитой личностью и приоритетом ценностей индивидуализма. Второй тип исторически связан с азиатскими деспотиями, доминированием государственной собственности, всевластием государственных институциональных структур при отсутствии гражданского общества, подданством, приоритетом общинных ценностей при подавлении индивидуальности. отношениях). В мировой истории в общем-то и пространственно, и во времени преобладал этот тип цивилизации. [Васильев 1994]

В течение тысячелетий эта система самовоспроизводилась при смене династий, доминирующих языков и даже при смене социоисторических организмов на огромных пространствах Земли и охватывала большую часть человечества (ибо данный тип социетальной системы, меняя феноме­нологические черты, самостоятельно, без внешнего воздействия не спосо­бен к структурному переустроению принадлежащих к нему социальных орга­низмов). Имен­но в части тех стран, где исторически доминировала эта вторая, не евро­пейская линия развития, в середине ХХ века установился этакратизм. [Шкаратан 2004. 2009]

Хотелось бы сразу подчеркнуть, что нет надобности возводить непреодолимые преграды между монолинеарным и плюралистическим подходами. И мы не можем при таком подходе игнорировать опыт предыдущих столетий, закрепленный во вполне проверяемых источниках. Этот опыт демонстрирует совершенно разные исторические варианты развития не только исчезнувших, но и ныне существующих социально-исторических организмов. Одни из них перешли в свое время от первобытности к феодализму, затем к капитализму; другие - от первобытности перешли к азиатскому способу производства, а от него – к зрелым формам капитализма (постиндустриализму); третьи «застряли» во внерыночной фазе развития, адаптировав этот тип экономики к условиям глобальной мировой системы. Мы можем рассуждать лишь в пределах определенного исторического горизонта, измеряемого жизнью нескольких ближайших поколений. Нет смысла ломать копья по поводу будущего за пределами XXI столетия.

С конца 1990-х гг. в западной литературе сравнительно широкое распространение получают теории неевропейского модерна, множественности форм модернизации, все чаще наблюдается отказ от смешения модернизации с вестернизацией, проводятся масштабные сравнительные исследования цивилизаций. Эти идеи приобрели особую поддержку в развивающихся странах, где авторы акцентируют внимание на ограниченности существующих социальных теорий, неприменимых для анализа незападных форм современного общества. Такую же позицию занял британский социолог М. Музилис. Он констатировал, что теориям модернизации, развивавшимся и Т.Парсонсом, и Э.Гидденсом, и другими авторами, присущ европоцентризм. Рассматривая процесс модернизации и сложившийся в Японии и формирующийся в некоторых других азиатских государствах тип общества модерна, Музилис отмечает отличия от англо-американской модели, в частности, ориентацию не на быструю максимизацию прибыли, а на долгосрочный экономический рост, что достигается гибкой государственной поддержкой отдельных отраслей промышленности. Музилис не исключает, что в недалеком будущем «полуавторитарный азиатский капитализм может получить преобладание над своим более либеральным англосаксонским конкурентом». Подобные же идеи высказывает и шведский автор Б.Витрок. [Mouzelis 1999, p.153; взято из: Масловский 2008, с. 31-44]

В мировой практике на протяжении второй половины ХХ в. наибольшую известность получили две целостные и достаточно контрастные модели экономического развития — американская и японская, — каждая из которых четко строится на альтернативных системах ценностей. В одном случае — достижительно-индивидуалистической, в другом случае — достижительно-коллективистской. Мировое значение японских преобразований в том, что у них старые ценности явились источником институ­тов современности. Всем наблюдателям совершенно очевидно, что и китайцы совершают свое экономическое чудо с опорой на традиции своей древней цивилизации, строящейся на принципиально иных основах, чем цивилизация США и Европы. Это – не индивидуалистическая, а коллективистская цивилизация, также как и японская.

С точки зрения мультилинейного подхода, в современном мире сосуществуют несколько основных цивилизаций, качественно различающихся по институциональным и ценностно-нормативным характеристикам. Эти цивилизации сопряжены с доминирующими религиозными системами. Применительно к Центрально-Европейскому и Евразийскому ареалам (посткоммунистические страны, находящиеся в состоянии трансформации) – это католицизм, протестантство, православие, мусульманство. Складывающаяся в этой связи нынешняя социально-экономическая и социально-политическая ситуация в странах этих ареалов существенно различна в целом ряде отношений. Расхождение в характере развития, результативности проведенных либеральных реформ в странах ЦВЕ и Балтии, с одной стороны, и в большей части бывших советских республик, с другой, во многом обусловлено глубинными цивилизационными межстрановыми различиями. Соответственно, эти цивилизационные особенности должны быть обстоятельно изучены.





Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница