Чехия жестовая фразеология украинского языка с компонентом дуля: транскультурное и национально-культурное


И. Г. Евтухова, УО «Гомельский государственный



страница17/37
Дата31.01.2018
Размер1.44 Mb.
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   ...   37

И. Г. Евтухова,

УО «Гомельский государственный

университет им.Ф. Скорины» (Беларусь)



ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ ПРИЛАГАТЕЛЬНЫХ железный

и медный в заговорных текстах

(на материале русского и белорусского языков)
Прилагательные железный и медный встречаются в русских и белорусских заговорных текстах повсеместно, по частотности употребления следуя за лексемами золотой и серебряный. А. Л. Топорков отмечает, что «прилагательные железный, серебряный, булатный, золотой часто играют роль украшающих эпитетов и не обозначают материал, из которого сделан предмет, а дают его образную характеристику» [Топорков, 2005, 65].

Словосочетания с прилагательными железный и медный в текстах русских и белорусских заговоров обозначают: 1) центральные предметы: рус. железный тын, печка железна; врата медныя; бел. жалезны град, жалезная сцяна; 2) предметы, изготовленные из металла: рус. три ключа железные, железный сундук; лук медный, пули медны;, бел. жалезныя кандалы, зялезны меч; замкі медныя, медныя ключы; 3) мифические персонажи и названия частей их тела: рус. железен муж, баба железна, руки железны; медянный муж, конь медян; бел. жалезныя ногі, жалезнае крылле; 4) выражают пространственные понятия: рус. море железное, земля железная.

Не исключено, что совмещение различных по своему материальному происхождению микромиров происходит в результате контаминации в границах одного текста как хаотического, так и космического состояния универсума (как возможную картину мира до акта творения). См. клишированные формулы типа: было при Агарене царе небо медно и земля железна и не дала плоду от себя; При царе Ахаве  небо аки медено, земля аки железна; Небо надо мною медное, земля подо мною железная.

В целом разнообразные случаи «металлизации» пространственно-временного континуума и смешение неоднородных по вещественной природе пространственных форм (появление сакральных объектов, ритуальных и бытовых предметов, персонажей, диких животных и скота и т.п., состоящих из золота, серебра, железа, меди, булата, камня), отсылающие к функции первоэлементов мира в ритуале, очевидно, являются поднейшим переосмыслением исходных представлений, призванным внести в изображаемое узнаваемые черты, повседневные подробности, тем самым конкретизировав, «этимологизировав» абстрактную модель [Шиндин, 1993, 111].

Железо противопоставлено живой природе, поэтому оно часто выступает как атрибут нечистой силы. В одном заговоре фигурирует баба-Яга, с ней связано появление весьма характерных атрибутов: тын железный, железная ступа, пест железный. Символика металлов объясняется не только цветом, но и ролью в экономической и хозяйственной жизни человека.

Таким образом, мифологемы железный и медный, акцентируя силу, надежность и прочность, относятся к земле, являются элементами «мертвого мира», нередко выступая как атрибут нечистой силы. В свою очередь, обладая рядом общих свойств, в русских и белорусских заговорных текстах металлы железный и медный могут противопоставляться друг другу (рус. море железное – небо медное; бел. жалезныя [ключи]мужчынскiя, медныя – жаночыя.

Прилагательное железный встречается в заговорах «От пищалей и стрея», «От детской грыжи», «От нечистого духа», «Против злого человека на охоте», «На украденную вещь», прилагательное медный – в заговорах «От пищалей и стрея», «На грыжу», «От нечистого духа», «От похмелья».
Литература:


  1. Топорков, А. Л. Заговоры в русской рукописной традиции XV – XIX вв.: История, символика, поэтика / А. Л. Топорков. – М.: Индрик, 2005. – 480 с.

  2. Шиндин, С. Г. Семантика и структура заговорного текста // Исследования в области балто-славянской духовной культуры. Заговор / С. Г. Шиндин. – М.: Наука, 1993. – С. 108-127.


I. G. Evtuhova

Operation of the adjectives "iron" and "copper" in spell-like texts (in Russian and Belarusian)

In the article objects of study are the adjectives «iron» and «copper». Factual material is compiled, thematic groups, which include those words, are declared. Functions of these adjectives are considered, their compatibility with other tokens in the Russian and Belarusian spell-like texts. Identified thematic groups of spell, in which the words «Iron» and «Copper». Special attention is paid to the sacredsymbols of the analyzed adjectives, that has mythologized structure.

Е. И. Зиновьева, д. филол. н.,

Санкт-Петербургский государственный

университет (Россия),

А. С. Алёшин, канд. филол. н.,

Санкт-Петербургский государственный университет

телекоммуникаций им. проф. М. А. Бонч-Бруевича (Россия)


РУССКИЕ И ШВЕДСКИЕ УСТОЙЧИВЫЕ СРАВНЕНИЯ, ОПИСЫВАЮЩИЕ ХАРАКТЕР ЧЕЛОВЕКА: ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ
Материалом для исследования послужили данные словарей устойчивых сравнений (УС) русского языка [Мокиенко, 2003, Огольцев, 2001], сайта «Национальный корпус русского языка», фразеологических словарей шведского языка [Svensk handordbok, 1966, Svenskt språkbruk, 2003], результаты анкетирования носителей шведского языка, иллюстративные контексты употребления шведских УС [сайт «Språkbanken»].

В русском языке идеографический разряд (ИР) УС, описывающих характер человека, насчитывает 84 единицы, которые классифицируются по следующим основаниям сравнений (всего 22 группы): злой – 16 единиц, упрямый – 7, кроткий – 6, молчаливый – 6, хитрый – 5, мрачный – 5, скупой – 5, трусливый – 4, вспыльчивый (горячий) – 4, застенчивый – 4, трудолюбивый – 2, болтливый – 2, коварный – 2, надменный – 2, храбрый – 1, трусливый – 1, драчливый – 1, колючий – 1, ласковый – 1, нелюдимый – 1, ревнивый – 1, тихий – 1; норовистый – 1.

Анализируемый ИР УС шведского языка составляют единицы с доминантами envis (упрямый) – 5 единиц; hård (твердый) – 4; arg, ilsken, led (злой) – 3; blyg (скромный) – 3; lat (ленивый) – 3; from (кроткий) – 2; snäll (добрый) – 2; öppen (‘открытый’, ‘откровенный’) – 1; sluten (замкнутый) – 2; flitig (трудолюбивый) – 2; modig (храбрый) – 1; listig/slug (хитрый) – 2; stolt (заносчивый) – 1; tyst (тихий) – 1; ihängsen (навязчивый) – 1. В данный ИР входит 16 групп УС, объединяющих 32 УС.

В результате проведенного анализа можно сделать следующие выводы.

Полностью эквивалентными в двух языках являются следующие УС: кроткий как агнец/овца – from som ett lamm; упрямый как осел – envis som en åsna; трудолюбивый как пчела – flitig som ett bi; трудолюбивый как муравей – flitig som en myra; храбрый как лев – modig som ett lejon; тихий как мышь – tyst som en mus; хитрый как лиса – listig/slug som en räv; хитрый как змея – listig som en orm. Совпадающие УС в двух языках имеют библейское происхождение (например, ngn är from som ett lamm – кроткий как агнец/овца, ngn är listig som en orm – кто-л. хитрый как змея) или являются результатом одинакового многовекового опыта наблюдения за животными, обитающими в обеих странах (например, ngn är flitig som ett bi – трудолюбивый как пчела, ngn är flitig som en myra – кто-л. трудолюбивый как муравей).

Частично эквивалентными можно признать такие единицы, как кто-л. злой как оса и ngn är arg/ilsken som ett bi (кто-л. злой как пчела), кто-л. надутый, надменный как индейский петух и ngn är stolt som en tupp (кто-л. гордый как петух).

Безэквивалентными относительно русского языка являются такие объемные для шведского языка группы УС, как ИГ со значением ‘открытый – замкнутый’, ‘ленивый’, ‘твердый характером’.

Обращает на себя внимание отсутствие в шведском языке аналогов русских ИГ УС со значением ‘скупой’, ‘молчаливый’, ‘нелюдимый’, ‘мрачный’, ‘вспыльчивый’. Можно предположить, что это так называемое «значимое отсутствие», связанное с отмечаемым исследователями индивидуализмом шведов и склонностью к одиночеству. Поскольку наличие у человека таких качеств, как молчаливость и мрачность являлось нормальным для шведского сознания, устойчивых сравнений с такими основаниями не возникло. С молчаливостью и мрачностью не коррелирует и такая черта характера как вспыльчивость. Напротив, такое качество, как лень, вызывало удивление у шведов, которые, по данным проведенных этнографами исследований самосознания [Laurin, 1915], являются очень трудолюбивым народом, что нашло отражение в языке, в частности, в УС с основанием ленивый.


Литература:

Laurin C. G. Folklynnet. – Stockholm, 1915.

Svensk handordbok. Konstruktioner och fraseologi. – 1966.

Svenskt språkbruk. Ordbok över konstruktioner och fraser. – Stockholm, 2003.

Мокиенко В. М. Словарь сравнений русского языка. СПб., 2003. – 608 с.

Огольцев В. М. Словарь устойчивых сравнений русского языка. М., 2001. – 800 с.

Språkbanken [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://spraakbanken.gu.se.

Национальный корпус русского языка [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.ruscorpora.ru.


E. I. Zinovieva, A. S. Aleshin

Russian and Swedish regular comparisons describing human character


The article deals with the analysis of Russian and Swedish regular comparisons describing human character in terms of equivalence, lacunary and their pragmatical features in connection with ethno-cultural specific of mentality.

Л. Г. Золотых, д. филол. н.,
Астраханский государственный
университет (Россия)




Каталог: rabochaya -> konferenciya-2013-tezisy
rabochaya -> Проблема «личность и общество» в концептосфере поэтического творчества битников
rabochaya -> Информация для педагогов: в соответствии с редакцией от
konferenciya-2013-tezisy -> «наррация желания в кинотексте»
konferenciya-2013-tezisy -> Динамика русского литературного процесса XIX в. Э. М. Афанасьева, канд филол наук
konferenciya-2013-tezisy -> К проблеме концептуализации слова «Кубань» в региональной рекламе
konferenciya-2013-tezisy -> Некоторые различия в овладении родным языком детьми и вторым (иностранным) языком взрослыми
konferenciya-2013-tezisy -> Русский язык как иностранный и методика его преподавания


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   ...   37


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница