Биография: силуэт на фоне humanities (Методология анализа биографии в социогуманитарном знании) Монография Одесса 2008


Предварительные замечания. К постановке проблемы



страница42/63
Дата30.12.2017
Размер1.87 Mb.
ТипБиография
1   ...   38   39   40   41   42   43   44   45   ...   63
1. Предварительные замечания. К постановке проблемы.

Движение к постановке проблемы «онтологии детства» осуществлялось нами, как минимум, в трех направлениях.

Во-первых, в рамках философского осмысления феномена биографии и социокультурных основаниях биографического (в том числе, автобиографического) дискурса. Как нам представляется, одна из главных задач философского анализа феномена биографии – синтез ее экзистенциального и нарративного измерений. (См.: [7, 9, 15]). Проблематика детства - одна из ключевых в рамках указанного синтеза. Однако детство в автобиографической перспективе способно открыть еще одно измерение – онтологическое. Философски описать структуру, язык «онтологии детства», ее трансформации и рефигурации во «взрослом» опыте – интереснейшая исследовательская задача. Она во многом пионерская даже на фоне повышенного внимание к «детству» и «детскому» в современной культуре и гуманитаристике. Однако, часто дальше тезиса о детстве как «конституирующем мифе» и сакраментальной констатации «все мы родом из детства» осмысление роли детства в индивидуальной судьбе-биографии дело не идет.

Изучение биографической методологии автор настоящего сообщения осуществляет также в рамках деятельности научного семинара по биографической методологии на философском факультете Одесского национального университета им. И.И.Мечникова (руководитель – д.филос.н., проф. Ирина Яковлевна Матковская). Семинар действует с 2002 года. За это время было организовано три международные конференции по биографической методологии, их материалы отражены в украинских изданиях «Философськi пошуки», «Наукове пiзнання:методологiя та технологiя», «Докса» [18, 42, 43]. Одно из первых заседаний семинара было посвящено концепции „автобиографической памяти” В.Нурковой [32], где «детская» проблематика занимает одно из центральных мест. Идеи и наработки В.Нурковой также легли в основу настоящего исследования. В частности, ею подчеркивается сущностно повествовательный характер автобиографической памяти («автобиографическая память – память-рассказ»). Одновременно автобиографическая память, по мнению исследовательницы, допускает сравнение с «палимпсестом» - сложившиеся воспоминания при новом обращении к ним («писание по полусмытому тексту манускрипта») меняют конфигурацию, смысл и иерархическую роль в общей структуре судьбы.

Во-вторых, в данном сообщении представлена попытка применения методологии философской герменевтики для сравнительного анализа конкретных текстов (в данном случае, мемуарно-автобиографического и литературного), анализа, нацеленного на выявление онтологичности детского опыта. Эта попытка предпринимается на основе многолетнего участия автора в работе герменевтического семинара в рамках научно-просветительского общества «Одесская гуманитарная традиция» (председатель - проф. Одесской музыкальной академии им. Н.В.Неждановой А.Н.Роджеро). Результатом более чем 20-летней работы семинара стал выпуск сборника «Герменеус», журнала «Докса», проведение международных конференций «О природе смеха», а также образовательные семинары и мастер-классы по феноменологии, постмодернизму, стратегиям интертекстуальности. Последняя акция «Одесской гуманитарной традиции» - школа-семинар «Стратегии интерпретации текста: методы и границы их применения». Участники проекта представили такие стратегии на примере осмысления повести Н.В.Гоголя «Нос». Результаты зафиксированы в сборнике трудов «Одесской гуманитарной традиции» «Докса» [18]. Для автора настоящего сообщения опыт участия в данной акции [13] позволил четче сформулировать метод работы с текстами П.Флоренского и В.Пелевина, а также выбрать собственную стратегию в рамках синтеза герменевтической, феноменологической и эксзистенциалистской традиции. На герменевтическом семинаре выбор в пользу гоголевского «Носа» был сделан не сразу. Первый вариант, над которым шла достаточно долгая и по-своему плодотворная работа, - это «Онтология детства» В.Пелевина. Отказ от этого варианта был обусловлен тем, что здесь трудно было бы осуществить демонстрацию различных стратегий интерпретации, поскольку внутри самого пелевинского текста встроена феноменологическая интерпретационная «машинка» - это десакрализованный вариант scriptura sui ipsus interpres. Однако идеи, совместно высказанные участниками семинара по поводу «Онтологии детства» легли в основу представляемого текста.

В-третьих, настоящее сообщение стало результатом работы над серией публикаций в информационно-аналитическом издании «ДНК», объединенных общей рубрикой «Детская комната» [10, 11, 12] и разработкой телепроекта «Детской комнаты» на одном из одесских каналов ТВ.

По нашему мнению, существует достаточно большой разрыв между теоретико-методологическими наработками современного гуманитарного знания и практикой работы СМИ («четвертой ветвью власти»), а также сферы «паблик рилейшнз». Здесь идеи гуманитариев остаются почти невостребованными, часто по вине самих ученых, которые не могут выйти за рамки чистой теории. Осмысление и постановка этой проблемы стала для автора импульсом к многолетнему участию в программе обучающих семинаров Управления информации Одесского горсовета «Поддержка региональных СМИ» (руководитель Е.Г.Варичева). К участию в семинаре на протяжении 2004-2007 годов приглашались ведущие украинские философы (М.В.Попович, В.А.Малахов, С.В.Пролеев, Н.Б.Вяткина, В.И.Менжулин, А.Л.Богачев, В.И.Кебуладзе, А.Н.Роджеро, Э.И.Мартынюк, М.И.Найдорф и т.д.) В сентябре 2007 года по итогам работы семинара прошла Международная конференция «Информационные процессы на постсоветском пространстве», участие в котором приняли члены Дискуссионного клуба «Свободное слово» (Институт философии РАН, руководитель д.филос.н. В.И.Толстых): В.С.Степин, А.А.Гусейнов, М.Н.Громов, В.И.Аршинов, В.М.Межуев, Б.Ф.Славин, В.Н.Шевченко, Я.И.Свирский и др.

Можно говорить о необходимости разработки теорий «среднего уровня» и о демонстрации учеными-гуманитариями особого прикладного мастерства (в идеале «искусства») интерпретации (как текстов, так и внетекстовых феноменов современной культуры, прочитанных как текст), где глубина могла бы органично сочетаться с простотой и доступностью выражения, чтобы теоретические конструкции не "торчали" снаружи, как строительные леса.

Речь может идти также и о своеобразном преломлении понятий «социальные технологии» и «культурные проекты» в отношении содействия учеными-гуманитариями проникновению в общественное, массовое сознание (в данном случае без негативных коннотаций) новых идей, концепций, парадигм гуманитаристики. В этом отношении существует две крайние позиции. Одна – пребывать в «башне из слоновой кости», всеми силами защищаться от взаимодействия с масс-культурой, дышать исключительно высокогорным воздухом «высокой культуры» и «чистой теории». Вторая, обозначенная М.Вебером как «соблазн социологов» (шире – гуманитариев) - передать концептуально-теоретический «новоиспеченный пирог» изумленной практике. Однако здесь неизбежно сопротивление самой действительности, а если уж желание «теоретиков» накормить практику своим «пирогом» оказывается слишком велико, то неизбежно насилие над действительностью, «жизненным миром» обычных людей. В этом смысле роль социальной технологии оказывается неоценимой, если понимать ее в контексте «гуманитарной парадигмы» (См. об этом: [36, с. 23-25]). Примем определение, предложенное В.И.Подшивалкиной: социальная технология – неподдающийся полной рационализации процесс эффективной деятельности, способ создания и многократного воспроизведения содержания научного или другого вида знания (См.: [36, с. 82]). Выделяется также два типа социальных технологий: первый ориентируется на массовидные явления, второй – на единичные случаи, на жизненный путь, на учет личностных особенностей. Говорится и о «социотехнологических аспектах процессов жизнедеятельности», о «технологии организации собственной жизни» (См: [36, с. 148, 213-214]). Возвращаясь к связи современного понимания «социальной технологии» с «гуманитарной парадигмой» и «гуманистической гуманитаристикой» (двойной гуманитарностью), о чем у нас ранее шла речь, подчеркнем существенный момент. В данном гуманитарно-гуманистическом контексте речь идет о «мягких» социальных технологиях, основа которых – пластичность, не воспроизводство, а готовность к новому, рациональность выбора наряду с инструментальной рациональностью, «самонастраиваемость». Такие технологии в определенном смысле являются интерпретативными и смыслоконституирующими, организующими ценностно-смысловую картину социокультурного мира и собственной жизни-биографии, формирующими одновременно и «операциональный смысл»; обеспечивающими право на личностный смысл и оговаривающими ответственность за его содержание. Однако при данном подходе такой элемент социальной технологии как know how нельзя представить в виде четкого алгоритма и схемы, а лишь в виде case-study или «экземплы».




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   38   39   40   41   42   43   44   45   ...   63


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница