Ананьев Борис Герасимович человек как предмет познания 3-е издание Серия «Мастера психологии»



страница39/141
Дата30.07.2018
Размер5.73 Mb.
ТипКнига
1   ...   35   36   37   38   39   40   41   42   ...   141
Глава 2. Становление системы человекозиаиия

для ведения практических и семинарских занятий); в) индивидуальный (с каждым от­дельным учащимся). В жизни массовой школы далеко не всегда удается соединить эти способы организации и довести их до каждого отдельного учащегося. Это вообще скорее удается делать в начальных классах, в которых почти все предметы преподает один и тот же учитель на протяжении трех-четырех лет обучения.

Опытный педагог достигает высокой эффективности обучения и воспитания бла­годаря глубокому знанию своих учащихся, особенностей их усвоения, общественного поведения, свойств личности и мотивов деятельности. Его знание в большей мере, чем диагностическое знание врача, эмпирично вследствие недостаточности антрополого-психологической подготовки учителей. Тем не менее при оптимальном соотношении фронтального, группового и индивидуального подхода к учащимся опытный педагог сочетает общие и типологические знания о детях с определенным кругом представле­ний о поведении и внутреннем мире отдельного ребенка. Когда «единичное» — отдель­ный ребенок — перестает быть лишь одним из многих, лишь носителем имени и фами­лии, своего рода «экземпляром» или «штукой» в массе обучаемых, он выступает как наиболее глубокий пласт предмета воспитания, до которого дано проникнуть лишь подлинному воспитателю.

Индивидуальность — это и предмет воспитания, и его условие, а тем более его про­дукт. Как в клиническом, так и в многолетнем педагогическом опыте единичное в смысле индивидуальности есть уникальное явление постольку, поскольку оно обла­дает собственным внутренним миром, самосознанием и саморегуляцией поведения, складывающимися и действующими как организатор поведения — «я». Единичное не становится индивидуальностью потому лишь, что оно отличается от других в одно­родном ряду (по полу, возрасту, статусу и личности, мотивации и т. д.). Это отличие, как мы далее увидим, еще не составляет феномена индивидуальности, связанного с образованием синтеза свойств как замкнутой саморегулирующейся системы.

Относительное обособление такой системы от других («я» от «не-я» соответствен­но), конечно, затрудняет проникновение внешних воздействий к ядру личности и уве­личивает строгость отбора этих воздействий. Своеобразный психологический барьер, его избирательная проницаемость в соответствии с «историей системы», т. е. соб­ственным развитием в определенных социальных условиях, противоречивое сочетание внешних и внутренних установок (экстраверсии и интраверсии, экстериоризации и ин-териоризации) — все это характеризует единичного человека как индивидуальность. Единичный, отдельный человек (каждый) именно потому уникален, что он — индиви­дуальность. Опытный воспитатель многократно приходит к подобному заключению, не удовлетворяясь простой констатацией индивидуальных различий между детьми.

Негативное заключение о том, что единичное само по себе еще не есть уникальный феномен, хотя и отличается внешне многими параметрами от других, имеет немало­важное значение для поисков позитивного решения о внутренней структуре отдель­ного ребенка, формирующейся в процессе воспитания индивидуальности. Конечный успех воспитания, как и лечения, осуществленный через каждого, — гигиенический и педагогический эффект.

Для общества в целом педагогический эффект, как и медицинский, проходит по «меридианам» индивидуальностей. Именно поэтому педагогические и медицинские науки, обобщающие лучший опыт воспитания и лечения (а не только применяющие

Человек как предмет познания

достижения теоретических наук о человеке), обладают существенным преимуществом перед теоретическими науками, поскольку они объединяют общее, особенное и еди­ничное применительно к решению определенных жизненных задач.

Обобщение опыта в той или иной сфере общественной практики включает в себя богатейшую феноменологию индивидуальностей в конкретных условиях исторической эпохи, страны, класса, той или иной социальной группы и т. д. Подобная феноменоло­гия индивидуальностей122 представлена и в некоторых теоретических науках, особенно в психологических123 и юридических124. Медицинский, педагогический, а отчасти и кри­миналистический опыт благоприятствует доступу к такой феноменологии. Жизненный опыт в других областях практической работы с людьми (обслуживание, администра­тивное управление в гражданских и военных органах) также является источником эм­пирических знаний о человеке и вариациях человеческих отношений.

Надо особенно подчеркнуть своеобразный вклад медицинского и педагогического опыта в накопление эмпирических знаний о путях дифференциации практической работы с людьми, об индивидуальных особенностях человеческого развития и резер­вах этого развития, обнаруживаемых с помощью дифференцированных подходов. Ме­дицинские и педагогические науки являются прикладными (по отношению к биоло­гии и общественным наукам) и вместе с тем теоретическими, обобщающими практи­ческий опыт в наиболее гуманных видах деятельности общества.

Есть много пунктов соприкосновения медицинских и педагогических наук, осо­бенно связанных с взаимопереходами гигиены и воспитания, восстановительной те­рапии и обучения. В структуре медицинских наук эти пункты как бы фокусируются в медицинской психологии, в педагогических науках — в педагогической психологии. Обе психологические дисциплины в настоящее время являются разветвленными и фунда­ментально разработанными областями знаний о так называемых психосоматических переключениях, психотерапии, единстве воспитания и развития, гетерогенных связях между ними, сходных с явлениями психосоматического переключения, и т. д.

С ускорением технического прогресса, колоссальным укрупнением его масштабов в связи с социальными процессами и в технических науках приобретают все большее зна­чение «человеческие факторы» производства. Среди этих факторов — особенности дея­тельности человека как оператора в системе «человек—машина», взаимосоответствие характеристик машины и человека, проектирование высшей техники с учетом этих ха­рактеристик и возрастающих требований к комфортности условий труда человека в ав­томатизированном производстве. Значение этих факторов особо учитывается при про­ектировании систем техники и средств отображения (индикационных устройств в слож­нейших системах дистанционного управления машинами), определении технических требований к оптимальной совместимости индивидов в групповой деятельности и т. д.125



122 В медицинской литературе она нередко фигурирует в виде казуистических описаний и анализа диагности­
ческих ошибок, в педагогической литературе — в виде монографических этюдов воспитания и т. д.

123 В психологии личности, дифференциальной психологии и т.д. широко распространен психографиче­
ский метод.

124 В криминологии и смежных областях индивидуальные картины преступления и преступников обяза­
тельны.

125 См.: Вопросы профессиональной пригодности оперативного персонала энергосистем / Под ред. Б. М. Теп-
лова, К. М. Гуревича — М: Просвещение, 1966.




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   35   36   37   38   39   40   41   42   ...   141


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница