7 теория познания


III ЛЕЙБНИЦ И РАЦИОНАЛИЗМ



страница8/15
Дата26.05.2018
Размер0.67 Mb.
ТипРешение
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   15
III

ЛЕЙБНИЦ И РАЦИОНАЛИЗМ

Критериями достоверности у Декарта были ясность и отчетливость. Эти, главным образом, психологические критерии говорят нам очень мало о структуре знания, о таких типах познавательных утверждений, которые могут соответствовать проверке на достоверность, и о таких типах познавательных утверждений, которые не могут ей соответствовать. В конце концов, при определенном рассмотрении может оказаться так, что всякое убеждение может быть осознано ясно и отчетливо, или же может казаться, что оно является таковым. Я полагаю, что я ясно и отчетливо понимаю, что два плюс два предмета составляют вместе четыре; однако я также полагаю, что я ясно и отчетливо понимаю, что я в настоящее время сижу за письменным столом в своем учреждении, передо мной стоит пишущая машинка, а подо мной — стул.

Вместо психологических проверок Декарта, Лейбниц предлагает логический критерий истинности и достоверности. Все истины, считает он, можно разделить на два типа. Первый тип — это истины, которые можно определить через применение принципа логики, который носит название закона противоречия. Когда мы высказываем какую-то истину, мы делаем это, выдвигая некое утверждение. «£ = we2» есть утверждение. «Два плюс два равно четырем» есть некое утверждение; «Вашингтон, округ Колумбия, является столицей Соединенных Штатов» есть утверждение. Всякое декларативное высказывание в своем обычном употреблении представляет некое утверждение. Если у меня есть одно утверждение, я могу сделать другое, противоположное утверждение, просто отрицая первое. Так, в противоположность утверждению «Два плюс два равняется четырем» я могу сказать: «Неверно, что два плюс два равняется четырем». В противоположность высказыванию «Вашингтон, округ Колумбия, является столицей Соединенных Штатов» я могу сделать утверждение: «Неверно, что Вашингтон, округ Колумбия, является столицей Соединенных Штатов».

ЗАКОН ПРОТИВОРЕЧИЯ / ЗАКОН ИСКЛЮЧЕННОГО ТРЕТЬЕГО — это два основных закона формальной логики. Закон противоречия гласит, что одно утверждение и противоположное ему утверждение не могут быть одновременно истинными. Например, утверждение «огонь горячий» может быть истинным и ложным. Противоположное ему утверждение «неверно, что огонь горячий» может быть также и истинным и ложным, но не может быть так, чтобы как одно утверждение, так и противоположное ему одновременно были истинными. Закон исключенного третьего гласит, что в отношении всякого утверждения можно сказать, что либо оно истинно, либо истинно утверждение, противоположное ему. Таким образом, либо «огонь горячий», либо «неверно, что огонь не горячий».

Опровержение утверждения называется отрицанием, и поскольку несколько громоздко все время повторять выражение «Неверно, что», то философы и логики сокращают его до «Неверно». Таким образом, отрицание «Два плюс два равняется четырем» должно выглядеть как: «Неверно, что два плюс два равняется четырем» и т.д.

Если вы немного подумаете об этом, то вы поймете, что утверждение и его отрицание не могут быть оба истинными. Может быть, Вашингтон является нашей столицей, а может быть и нет, но никак не может быть так, чтобы он одновременно был и не был нашей столицей. Логики выражают это в самой общей форме, говоря, что в отношении каждого утверждения не может быть так, чтобы как утверждение, так и его отрицание были истинными. Так говорят, что два утверждения «противоречат» одно другому, если они оба не могут быть истинными, и этот общий принцип в отношении таких утверждений и их отрицаний называется законом противоречия. Существует другой закон логики, который обычно идет рядом с законом противоречия, в соответствии с которым в отношении всякого утверждения можно сказать, что либо истинно оно, либо истинно его отрицание. Третьей возможности нет, нет середины. Этот закон называется законом исключенного третьего. Таким образом, логика учит нас, что не имеет значения то, о каком утверждении мы размышляем — оно либо истинно, или же истинно его отрицание — только не оба сразу.

Согласно Лейбницу, истинными рассуждениями являются такие утверждения, об истинности которых мы можем узнать, просто применяя закон противоречия (или закон исключенного третьего, хотя он и не упоминает его). Например, представим себе, что бойкий уличный торговец пытается продать вам пятнадцатитомную энциклопедию. «Это совершенно бесплатно, — говорит он. — Вы заплатите только десять долларов за том». В таком случае вам вовсе не нужно знать что-либо о самой энциклопедии, чтобы убедиться, что он говорит вам неправду. Все, что вам для этого нужно сделать, так это тут же применить закон противоречия и провести следующий процесс рассуждения:

Во-первых, вы говорите, что эта энциклопедия совершенно бесплатная.

Во-вторых, вы говорите, что я должен заплатить за нее по десять долларов за том.

Но «бесплатная» означает, что «я не должен платить». Таким образом, вы говорите, что я не должен платить и что я должен платить.

Или же, как мы, логики, выражаем это, я должен платить и я не должен платить.

А это нарушает закон противоречия, следовательно, это должно быть ложно. Более того, применив тут же закон исключенного третьего, я могу сделать абсолютно достоверный вывод о том, что

Либо я должен платить, либо не должен платить, так что прекратите свою бойкую речь и скажите мне, что же является правдой.

Истинность рассуждений — это прекрасная вещь, потому что мы можем знать о том, что рассуждение достоверно с помощью этих двух простых законов, но все же оставляет желать лучшего. Так, отрывок из моего рассуждения все же не говорит мне, должен ли я платить. Он только говорит о том, что я либо должен, либо нет, но не то и другое одновременно. Истины, достоверность которых не может быть доказана посредством законов логики, называются Лейбницем фактическими истинами (истинами факта). Они включают в себя большинство из того, что мы обычно называем знанием, и для того, чтобы установить их истинность, мы должны прибегнуть к совершенно другому принципу, который Лейбниц назвал принципом достаточного основания. Ниже приводится отрывок из его короткой итоговой работы «Монадология», в которой он определяет и проводит различие между этими двумя видами истин.

31. Наши рассуждения основываются па двух великих принципах: принципе противоречия, в силу которого мы считаем ложным то, что скрывает в себе противоречие, и истинным то, что противоположно, или противоречит ложному;

32. И на принципе достаточного основания, в силу которого мы усматриваем, что ни одно явление не может оказаться истинным или действительным, ни одно утверждение не может оказаться справедливым без достаточного основания, почему именно дело обстоит так, а не иначе, хотя эти основания в большинстве случаев вовсе не могут быть нам известны.

33. Есть также два рода истин: истины разума и истины факта. Истины разума необходимы, и противоположное им невозможно; истины факта случайны, и противоположное им возможно. Основание для необходимой истины можно найти путем анализа, разлагая ее на идеи и истины более простые, пока не дойдем до первичных...

35. И, наконец, есть простые идеи, определения которых дать невозможно; есть такие аксиомы и постулаты, или, одним словом, первоначальные принципы, которые не могут быть доказаны, да и нисколько в этом не нуждаются. Это тождественные положения, противоположность которым заключает в себе явное противоречие.

36. Но достаточное основание должно быть также и в истинах случайных или истинах факта, т.е. в ряде вещей, рассеянных в мире творений, где разложение на частные основания могло бы идти до беспредельного многоразличия и подробностей по причине безмерного разнообразия вещей в природе и разделенности тел до бесконечности. Бесконечное множество фигур и движений настоящих и прошедших входит в действующую причину настоящего процесса моего писания, и бесконечное множество слабых склонностей и расположение их в моей душе — настоящих и прошедших — входит в его причину конечную.

37. И так как это многоразличие скрывает в себе только другие случайности, предшествующие или еще более сложные и многоразличные, из которых каждая, чтобы найти основание для нее, требует такого же анализа, то мы не подвинемся в этом отношении дальше, а следовательно, достаточное, или последнее, основание должно стоять вне цепи, или ряда, этого многоразличия случайных вещей, как бы ни был ряд бесконечен.

38. Таким образом, последняя причина вещей должна находиться в необходимой субстанции, в которой многоразличие изменений находится в превосходной степени, как в источнике; и это мы называем Богом.





Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   15


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница