7 теория познания


РЕНЕ ДЕКАРТ. «Размышления о первой философии» [Декарт Р. Соч. Т. 2. 1994. С. 26]



страница7/15
Дата26.05.2018
Размер0.67 Mb.
ТипРешение
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   15
РЕНЕ ДЕКАРТ. «Размышления о первой философии» [Декарт Р. Соч. Т. 2. 1994. С. 26]

Дискуссия по Декартовым проблемам вскоре сама вылилась в конфликт между двумя более или менее сложившимися школами мысли — континентальными рационалистами и британскими эмпириками. (Поскольку это звучит как нечто похожее на международный матч по футболу, позвольте мне пояснить, что это — названия, которые мы сегодня даем двум группам исследователей; сами же они, конечно, не носят спортивные майки с надписями «Континентальный рационалист» или «Британский эмпирик».) Рационалисты приняли требование Декарта о неопределенности, они согласны с его точкой зрения на то, что логика и математика являются моделями для всякого истинного знания, и стараются отыскать способы построения главных утверждений науки и метафизики, обладающие той же степенью определенности и истинности, как силлогизм и геометрия. Они изыскивают доказательства существования Бога (используя и те, которыми пользовались достаточно долгое время, т.е. такие, как космологическое и онтологическое доказательства, нами уже рассмотренные); они демонстрируют в качестве наглядных примеров фундаментальные принципы новой физики и продолжают верить в мечту Декарта о создании универсальной системы знания. Так же, как и Декарт, они отрицают значение чувств как источника знания и вместо этого выдвигают требования о том, чтобы все истинное знание основывалось на операциях разума.

Эмпирики также принимают стремление Декарта к достоверности, но все более настойчиво атакуя позицию рационалистов, они утверждают, что это требование не может быть выполнено. Дэвид Юм, наиболее блестящий и выдающийся представитель эмпириков, самым убедительным образом показал, что ни утверждения науки, ни верования здравого смысла не могли бы, вероятно, быть квалифицированы как знание, если рассматривать их с точки зрения собственно Декартовых стандартов достоверности.

Эмпирики отвергают также и приверженность рационалистов к разуму как единственному источнику познания. Сначала Локк в своем «Трактате о человеческом понимании», а затем Юм в «Трактате о человеческой природе» настаивали на том, что все идеи, содержащиеся в человеческом разуме, должны в конечном счете проистекать из зрения, слуха, обоняния, осязания и вкуса, присущих нашим органам чувств. Разум, утверждают они, в действительности может сделать не больше, чем организовать и отсеять тот материал, который он получает через ощущения. Это подчинение разума чувствам было одним из самых сильных аргументов в наступлении эмпиристов на научные и метафизические системы, которые выдвигались философами-рационалистами.

Если вы сумели проследить за нашей дискуссией об эписте-мологии до сих пор, то для вас должно быть очевидным, что в теории познания остается намного больше вопросов, чем мы можем надеяться затронуть на оставшихся нам страницах этой главы. И вместо того, чтобы обозначить какие-то темы безо всякого их объяснения, я лучше ограничусь следующими тремя разделами. Сначала мы немного поговорим о попытке Готфрида Лейбница разрешить проблему критериев достоверности и о предложенном им очень важном различии между тем, что он называет истинами разума и истинами факта. Затем мы рассмотрим попытку Дэвида Юма свести все содержание разума к чувственным данным и его анализ критерия достоверности. Таким образом мы сможем осознать всю силу его скептической атаки на утверждения науки и здравого смысла. И, наконец, я попытаюсь объяснить, как 292

Иммануил Кант попытался преодолеть разрыв между рационалистами и эмпиристами, отыскивая компромисс в их споре об источниках познания и критерии достоверности. Если вы выдержите все это, то продвинетесь в философии еще на одну главу!





Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   15


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница